Секрет «Тенистых Песков» полностью

– Даже не ждите, я не собираюсь делать для вас никаких кошмаров, – сказала она, и Кармелла расхохоталась.

– Милая, мне не нужны кошмары. Я ловлю больше мух с помощью мёда.

Облегчения Марен как не бывало, стоило ей представить себе огромную банку мёда, кишащую мухами. Она подумала о спящих детях, ползающих по скульптурам, словно насекомые, и её желудок скрутило узлом.

– То есть другие делают за вас грязную работу, а потом и отвечают за содеянное? – уточнила она. – Так вы поступили с грабителями банков?

– О, да ты знаешь, кто я такая. – Кармелла слегка выпятила костлявую грудь. – Как только я получу всё, что мне нужно, они все снова сядут в свой маленький автобус и вернутся в свой маленький лагерь, а затем они все проснутся в своих кроватках, не помня, что когда-либо были здесь.

Марен сглотнула: её явно не включали в этот план.

– Зачем вам понадобились эти скульптуры?

Глаза Кармеллы метнули кинжалы в Айви, и та вздрогнула.

– Это не твоё дело, мышка.

«Поторопись, бабуля», – отчаянно взмолилась Марен, надеясь, что телепатия всё же существует и бабушка услышит её.

– Пора тебе присоединиться к твоему другу, – сказала Кармелла. Сунув руку в карман платья с леопардовым принтом, она вытащила бархатный мешочек на шнурке. Марен отпрянула ещё на шаг назад и упёрлась спиной в грузовик. Она угодила в ловушку.

– Посмотри на часы, – прошептала Айви.

– Что? – прошептала Марен.

Кармелла достала из бархатного мешочка щепотку какого-то вещества и поднесла к губам, а когда дунула, вылетело, искрясь, серебристое облачко.

– Нет! – Марен повернулась боком и оттолкнулась от грузовика, но облако закружилось и поглотило её. Прикрыв одной рукой рот, она другой попыталась разогнать туман. Увы, песчинки набились ей в ноздри, щекотали ей горло.

«Поторопись, бабуля!» – было её последней осознанной мыслью.

Марен снова была в музее, таращась на самую красивую, самую великолепную выставку скульптур в своей жизни. Потолок был на много миль выше, чем плывущие над головой розовые облака. Пол был вымощен золотой и серебряной мозаикой, и от мысков её обуви к огромной комковатой оранжевой сфере с половиной лица и похожими на щупальца отростками, которые мягко колыхались взад и вперёд, протянулась ослепительная радуга.

Джордж, подумала Марен, хотя и не могла вспомнить, откуда у скульптуры такое имя. Мыском левой ноги она проверила радугу. Та была твёрдая. С глупым смешком Марен встала на неё обеими ногами. Радуга покачнулась, упругая и как будто резиновая. Источая фруктовый аромат, её цвета кружились вокруг лодыжек Марен. Закинув жёлтую сумку через плечо, она взбежала вверх по радуге, а затем села и, соскользнув с другой стороны, приземлилась на Джорджа.

– Это восхитительно! – крикнула она какой-то девочке. Орудуя гаечным ключом, та откручивала болты, которыми Джордж крепился к полу.

Девочка кивнула и запела:

– Возьми меня на бейсбольный матч!

– Возьми меня поболеть за мяч, – подхватила Марен.

Слева от неё ребята копошились вокруг скульптуры-зонтика, который всё ещё медленно открывался и закрывался. Другая скульптура, тостер с паучьими лапками, лежала на спине, и экскурсанты отделяли его конечности. Но Марен неким образом знала: зонтик и тостер не входят в её обязанности. Джордж был единственным, над чем она горела желанием поработать.

«Посмотри на свои часы», – прошептал голос из самых глубин её разума.

«Мои часы?» – подумала Марен. Как странно. Она никогда не носила часов.

– Можешь мне помочь? – позвала одна из девочек. – Этот болт не поддаётся.

Марен спрыгнула и вытащила из сумки огромный гаечный ключ.

– Давай попробуем моим.

Она насадила гаечный ключ на болт. Они вдвоём схватились за длинную рукоятку, поднатужились и потянули. И пока она тянула, сердце Марен наполнило странное желание: единственное, чего ей хотелось на свете, – это освободить эту прекрасную скульптуру из тюрьмы.

«Посмотри на свои часы». Голос был до боли знакомым, но у Марен не получалось его опознать. Это какой-то друг? Или кто-то, с кем она недавно познакомилась?

С ржавым скрежетом болт вылетел из отверстия, а Марен с девочкой покатились назад и приземлились хохочущей кучей.

– Удивительно! – крикнула девочка. – Давай попробуем следующий!

– Вот это да, даже не верится! – согласилась Марен.

«Посмотри на свои часы», – продолжал нашёптывать ей на ухо голос.

– Я не ношу часов, – пробормотала она, но на всякий случай всё равно посмотрела на запястье. К её великому изумлению, часы там были. Золотая штуковина на пурпурном ремешке с переливающимся голубым циферблатом.

– Это же надо, – прошептала она, поднося часы ближе к глазам. Секундная стрелка вращалась в направлении, противоположном минутной, что явно было неправильно, но Марен не могла вспомнить почему. Она попыталась прочитать цифры, но они начинались с 7, затем перепрыгнули к 23, затем к 11, а цифра 8 то переходила в 18, то возвращалась обратно.

Затем она вспомнила советы Айви для осознанных сновидений. Это была проверка на реальность. И это были ненастоящие часы.

– Я сплю, – прошептала Марен.