Банальное утреннее: «все плохо», к вечеру переросло в «хуже некуда». И причина, понятная любой уважающей себя женщине, проста — мне нечего одеть. Костюмы, захваченные с собой, мистическим образом, закончились. Что может быть хуже, нежели отсутствие даже не новой, а просто чистой одежды. Раньше у меня такой проблемы не было. Мой офисный гардероб, включающий в себя полтора десятка строгих нарядов, по истечению определенного срока привычно отправлялся в химчистку, освобождая меня от забот о его чистоте. Но это там, на воле. Здесь же я, запертая за высоким каменным забором, была лишена такого привычного действа, как посещение сферы обслуживания. Я уж не говорю о своем желании навестить знакомого косметолога и привести внешность в надлежащий вид. Обращаться к шефу с просьбой: выпустить на волю, посчитала ниже своего достоинства, копя раздражение на его персону. Он-то, пожалуй, не заморачивается такой проблемой с химчистками. Насколько смогла отметить моя наблюдательность, мистер Далейн каждый день появлялся в новом наряде от известного дизайнера. Хозяин жизни, чтоб тебя сорх задрал.
Поэтому вид единственного оставшегося костюма в гардеробной так резко повлиял на мое отношение ко всему происходящему с моей персоной в последнее время. И ладно бы это был привычный брючный костюм. Нет! Это было то самое исключение из моих правил, что под влиянием и настоянию Алины был куплен в одном из модных бутиков. Комплект: узкая юбка, на ладонь выше колен и высоким разрезом сзади, и такой же узкий обтягивающий жакет с достаточно глубоким вырезом на груди, что предполагал под собой отсутствие третьей части в виде топа или блузы. И это, не беря во внимание, что цвет этого наряда был излишне марок, приближаясь больше к серебристому оттенку, нежели к серому. Как я могла поддаться на уговоры подруги и купить этот пыточный экземпляр?
Нервной рукой поправила этот чертов вырез. Пыталась сосредоточиться на материалах очередного отчета, но постоянно отвлекалась на, вечно задирающуюся, юбку. Те, кто привык к брюкам, поймет мои мучения. Эта часть моего гардероба была не просто узкой и подчеркивающей мои нижние женские прелести, она норовила при каждом неловком движении разойтись по швам.
Цифры на экране никак не хотели открывать мне свои секреты, сливаясь в непонятный набор знаков. Черт! Как же все бесит!!!
В раздражении взмахнула рукой, случайно задев локтем планшет, лежащий на краю стола. Тот, недолго думая, упал по стол.
Вот сорх! Только этого не хватало — испортить рабочее оборудование. Не думаю, что за такое шеф погладит меня по голове.
Устало стянула с носа очки, отложив их в сторону. Ничего не поделаешь. Придется лезть под стол. Легко сказать, лезть. Это в этом-то костюме?
Подтянула юбку повыше и, перегнувшись через кресло, нырнула под стол. Где же он? Черт! Планшет оказалось не так-то просто достать. Упираясь одной рукой на сидение кресла, второй пыталась дотянуться до ценного оборудования.
Шаги вошедшего не услышала, так как внимание было всецело сконцентрировано на кончиках пальцев, что вот-вот дотянулись до края планшета.
А вот потрясенный выдох проигнорировать уже не смогла.
Сорх, кого еще принесло? Постаралась, как можно аккуратнее, вылезти из-под стола, по ходу одергивая юбку. Резко развернулась, чтобы узреть шефа собственной персоной, застывшего истуканом в проеме дверей и не отводящего взгляда от моего костюма.
Черт! Представляю, как я сейчас выгляжу. Юбка помята, жакет норовил выставить на обозрение зрителям, то, что выставлять не собиралась, волосы растрепались, пока елозила под столом, глаза горят раздражением на весь мир и шефа в частности. Я сама ощущала, как напряжение расходится от моей фигуры волнами.
Глаза мистера Далейна медленно поднялись к моему лицу. Автоматически сдунула прядку, которая выбилась из, казалось бы, тугого узла и сейчас свисала, закрывая часть моего лица. Красотка, черт меня подери!!!
Одного взгляда в серые глаза было достаточно, чтобы заметить, как стремительно они потемнели, и рассеянность на лице шефа сменилась решимостью.
Стремительное движение мужчины по направлению ко мне я еще заметила, а вот как оказалась сидящей на столе, нет.
Только что одернутая юбка оказалась вновь задранной. Послышался треск швов. Все! Юбка приказала долго жить. Но все это отметила краем сознания, перед глазами же были темно серые омуты, где икрами вспыхивало вожделение.
Мама дорогая! Тело дернулось, пытаясь вырваться. Не дали. Мужчина, который оказался стоящим между моих разведенных ног вплотную, еще ближе придвинул меня к себе рукой, в какой-то момент оказавшейся на моих нижних прелестях. Вторая широкая мужская ладонь лежала на моем затылке, не давая возможности отвернуться.
— Вы специально, мисс Анастасия! — хрипло, сквозь зубы прошипели мне в лицо.
Тут же наклонились еще ближе и, практически касаясь губами моих губ, и глядя в глаза, простонали:
— Все! Не могу больше…, - прижались в поцелуе, не давая возможности вздохнуть, сминая мои губы, подавляя сопротивление, порабощая разум.
