Повелительница мира – это не просто титул, это еще и обязанность. И если над твоим миром нависла опасность, то именно повелительнице приходится встать на пути этой опасности. А если надо, то и отправиться в другие миры и все разузнать (причем так, чтоб никто не разоблачил отважную разведчицу), а затем вступить в борьбу с теми, кто угрожает твоему миру.
© Электронная версия книги подготовлена компанией ЛитРес (www.litres.ru)
От блеска покрытых снегом горных вершин резало глаза, но неизвестно, что мешало смотреть больше, – ослепительная белизна снега или пот, застилавший взгляд. Смахнуть челку, упавшую на лоб и закрывавшую обзор, сил уже не было, силы оставались только на то, чтобы бездумно переставлять ноги. Тяжелый мешок, набитый камнями, давил на плечи. Слава богам, которые сегодня хранили Гинту, босые ступни не наступили ни на один острый осколок. Но все еще может быть, оставалось пробежать тридцать миль. Для строгих наставников израненные ноги – не причина для невыполнения нормы. За каждые десять секунд сверх норматива полагалась одна палка. Гинта получала по десять – пятнадцать палок после каждой такой пробежки. Девушка содрогнулась, вспомнив Росну, которая сильно поранила ногу и еле добрела до финиша. Но это не стало оправданием. Шестьсот палок! Такова была плата за опоздание. Девочка перестала дышать после второй сотни, но наставник-экзекутор не остановился до тех пор, пока не отсчитал положенное число ударов. Росна была младше Гинты на год, такая же хрупкая и худенькая, смотревшая на мир широко распахнутыми наивными синими глазами. Эти глаза, в которых застыла боль, уже навсегда остекленевшие, Гинта забыть не могла, они снились ей каждую ночь.
Девушка, несмотря на давящую усталость, увеличила темп бега. Она видела, что сильно отстает от тех, кто был впереди. Там бежали старшие, уже закаленные и суровые на вид, будущие воины клана Мягко Ступающих. Вообще-то Мягко Ступающие не были настоящим кланом в понимании дарков, объединяя не кровных родственников, а всех, кого брали в обучение старшие мастера-наставники. Из этих детей готовили воинов, превосходящих лучших бойцов любого другого клана. Искусных и неутомимых, но беспощадных и жестоких. Мягко Ступающие скорее чем-то походили на боевые ордены хуманских монахов. Все, кто прошел обучение, забывали о кровных связях и были преданы только мастерам-наставникам. Имея таких воинов, Мягко Ступающие давно бы встали во главе остальных кланов Дарэлейских гор, но адептов было не слишком много. Из всех взятых в обучение выживал лишь каждый четвертый, а то и пятый. Да и дарки не стремились отдавать своих детей сюда на обучение, понимая, что никогда больше их не увидят. Только самые бедные за хорошее вознаграждение фактически продавали родную кровь. Жизнь в горах темных эльфов была сурова, и порой приходилось жертвовать одним ребенком, чтобы выжили остальные.
Гинту отец отдал в обучение добровольно, поддавшись на уговоры своего первого советника и главы клана Мягко Ступающих. Они аргументировали это тем, что прошедшая специальное обучение девочка сможет защитить себя в полной мере. Гинта осталась единственным ребенком Эртоссара, короля Дарэлейлара – страны темных эльфов. Трое братьев и две сестры Гинты погибли, что, впрочем, было не редкость в Дарэлейских горах. Они были детьми короля и хорошо охранялись, но тем не менее уберечь их не смогли. Поэтому король и поддался на уговоры, решив, что с подготовленным бойцом будет не так-то легко справиться. Но даже правитель не знал о том, как учат детей в клане убийц. Мягко Ступающие, в отличие от большинства темноэльфийских кланов, имели довольно тесные контакты с внешним миром, выполняя для хуманов, орков, своих светлых сородичей и других рас весьма специфическую работу. Во внешнем мире понятия «Мягко Ступающие» и «наемные убийцы» стали синонимами.
На скальной площадке, нависавшей над тропой, по которой бежала вереница младших учеников, стояло несколько темных эльфов. Еще одна группа, более многочисленная, расположилась ниже по склону, невидимая с тропы. Впрочем, чтобы рассмотреть стоящих на скальном выступе, надо было задрать голову, да и в этом случае надо было знать, куда смотреть.
– Как наша особая ученица? – спросил один из дарков, ни к кому конкретно не обращаясь.
Он был одет, по сравнению с остальными, с вызывающей роскошью. Стоящий рядом, изрядно поседевшие волосы которого и изборожденное морщинами лицо выдавали немалый возраст, ответил так, как отвечают равному:
– Видишь? Вон бежит. Плохо бежит, сегодня получила бы не меньше тридцати палок.
– Не переусердствуйте, нам она нужна живой. Ее надо сломать и сделать абсолютно послушной, а не убить! – скривился богато одетый.
