– Все просто, отец, – спокойно сказал Берри. – Правитель решил бороться с уродливыми предрассудками. Сейчас сельчане ущемлены в правах. Они не могут учиться в институтах, оформлять векселя, покупать в городах квартиры. Но главное, что суды к ним несправедливы. Король решил положить этому конец. Он считает, что настало время перемен. Свадьба Элли и Дена, по мысли короля, будет сыграна в Новый год и станет символом новой эпохи.
– А если до зимы Элли и Ден поймут, что они не пара? Такое ведь тоже может случиться! – воскликнул Генриор.
– Конечно. Я говорил об этом с королем. Он сказал, что в этом случае не станет настаивать на свадьбе, но всё же будет рад, если она состоится.
Граф тяжело поднялся из кресла, подошел к окну, суетливо дернул плотную зеленую штору. Он долго смотрел на беседку, где еще недавно угощался с Элли виноградом, – в саду по-прежнему порхали синие мотыльки. Наконец, он обернулся и, опершись о подоконник, хрипло проговорил:
– Символы, ранги, законы, предрассудки, свадьба на Новый год… В игрушки играем? Да, звучит красиво! И я бы согласился с каждым словом, если бы речь шла не о моей дочери. Но причем тут Элли? Девочка, школьница! Король хочет принести ее судьбу в жертву туманным переменам? Вот так просто – взять и сломать ей жизнь?
– Почему же – сломать? – удивился Берри. – Ден честный, порядочный, работящий человек, талантливый музыкант. Может быть, он окончит консерваторию и станет знаменитым гитаристом. Или выучится на инженера. Будет заботиться об Элли – и она станет счастливой.
– А титул, а привилегии? – простонал граф. – Ты понимаешь, что наша Элли всего лишится?
– В этом нет ничего страшного. Миллионы людей в мире прекрасно живут без дворянских привилегий. Я, например, никогда ими не пользовался.
– Ну, как же! Вот сегодня тебя принял сам король!
– Он принял меня, потому что я моряк и имею награды, – спокойно возразил Берри. – Отец, Ден и Элли любят друг друга, так зачем им мешать?
– Любят они… Много они знают про любовь! Особенно Элли! – сердито пробормотал граф и обернулся к управляющему. – А что ты думаешь, Генриор?
– Я понимаю вашу тревогу, ведь вы мечтали о другой доле для дочери, – отозвался он. – Но я согласен, что жениться нужно по любви. Кроме того, союз вершится по высочайшему повелению. Отказаться – впасть в королевскую немилость.
– Нет, король не мстительный человек, – качнул кудрями Берри. – Он действительно загорелся идеей свадьбы. Но все-таки оставляет решение за нашей семьей.
– Так ведь понятно, какое он ждет решение… – уныло проговорил отец.
– Подожди, Берри, а ведь у этого парня есть невеста! – спохватился Генриор. – Как же быть с ней? Разве это не препятствие?
Берри вздохнул:
– Дена обручили в детстве, его согласия никто не спросил. Он говорит, что Долли – прекрасная девушка, но и прежде не был готов взять ее в жены. Ничего не поделаешь. Ту помолвку придется расторгнуть.
Граф надолго замолчал. Потом глухо произнес:
– Я ничего не отвечу, пока лично не побеседую с этим парнем. Если почувствую, что он не обидит мою девочку, то можно о чем-то подумать... Но Эмилия? Что же скажет она? Да она ни за что не согласится, я ее знаю! А Андреас? А соседи-дворяне?.. Нет, дворяне-то, конечно, не главное, хотя в пересудах и шепотках тоже ничего хорошего нет, – махнул рукой граф. – Но как я смогу понять, будет ли счастлива моя малышка? Ведь это так безрассудно – отказываться от всего, что тебе дано по праву рождения! Как она будет жить, в каких условиях, где будет возведен этот дом, о котором упоминает король? Элли привыкла к достойной жизни, а что сможет ей дать ее деревенский парень? Я не хочу, чтобы моя дочь, моя девочка, моя маленькая принцесса пасла коров и свиней!
– Любая честная работа заслуживает уважения. Но если Элли и Ден получат образование, зачем им быть свинопасами? – удивился Берри. – Я знаю, что Элли хочет стать декоратором в театре. Почему бы и нет? При желании они смогут жить в городе, новые законы это позволят. Для ребят все дороги открыты.
– Но куда они ведут, эти дороги? – воскликнул граф. – Нет, я не готов к такому повороту. Король благосклонно дает три месяца до свадьбы, но тут и десятилетия не хватит, чтобы во всем разобраться. Ну, какая из Элли жена? Она же совсем ребенок. ....Ах, как же всё сложно! И не с кем посоветоваться. Очень страшно совершить очередную ошибку.
– Всегда тяжело принимать решение, от которого зависит судьба, – согласился Генриор. – Но чужой совет здесь лишний – он как посох, что может подломиться.
– Да как же угадать, что правильно, а что нет? – граф встрепал волосы. – Вспомни, Генриор! Выдали Милену за богача – и ужасно ошиблись. Выдадим Элли за деревенского парня – и кто знает, что будет потом?
– Жизнь рассудит… – философски заметил Генриор.
Мужчин так затянул разговор, что они и не заметили, как рядом появилась Марта. Она покашляла и суетливо произнесла:
– Господа, вы уж простите, что вмешиваюсь, так там молодого графа к телефону кличут. Говорят, из самого столичного города… Из больницы, что ли… Новости там, говорят.
