Секретные бункеры Кёнигсберга полностью

Консульский работник проявил большой интерес к воспоминаниям двадцатитрехлетнего молодого человека, подробно расспрашивал Рудольфа об обстоятельствах находки документов, задал не один десяток вопросов относительно личности отца, просил еще раз на память процитировать приказ за подписью должностных лиц РСХА и Министерства авиации. В заключение беседы сотрудник консульства предложил Висту оказать содействие Советскому Союзу в благородном деле поиска ценностей, награбленных фашистами в годы войны, в том числе непосредственно в розыске Янтарной комнаты. Разговор закончился в благожелательном тоне, и еще недавнее беспокойство и тревога, охватывавшие Рудольфа при воспоминании об отце, уступили место волнующему душу предчувствию скорой встречи с местами, где прошло его детство.

Видимо, советской стороне потребовалось какое-то время на согласование вопроса, так как несколько дней Виста не беспокоили, никуда не вызывали, и он пребывал в состоянии тревожного ожидания. Наконец однажды вечером у его дома остановился блестящий черный лимузин, из которого вышли два незнакомых ему человека. Разговор был недолгим. Консул лишь сообщил, что, учитывая готовность гражданина ГДР Рудольфа Виста оказать содействие в поиске Янтарной комнаты, в самое ближайшее время с ним будет проведен ряд обстоятельных бесед, к которым он должен основательно подготовиться.

Событие не заставило себя ждать, и 23 августа во время рабочей смены Рудольфа Виста вдруг неожиданно вызвали в кабинет директора фабрики. Незнакомый человек, прибывший из Берлина, дал ему не больше часа на сборы, и спустя некоторое время они уже мчались на служебной автомашине в сторону столицы ГДР. На следующий день, сопровождаемый советским представителем — референтом министра культуры, Рудольф уже сидел в самолете и думал о неожиданных поворотах своей судьбы. Несколько часов назад ему было заявлено, что советское правительство дало разрешение на приезд гражданина Виста в Калининград с тем, чтобы он, сориентировавшись на месте, помог более точно определить, где следует вести поиск. И вот теперь его ждала встреча — сначала с Москвой, а потом с городом, воспоминания о котором будоражили душу Рудольфа, с городом его детства.

Следует отметить, что район Штайндамм, указанный Вистом, давно привлекал внимание тех, кто занимался поиском исчезнувших сокровищ. Сюда сразу после окончания войны не раз приходил профессор Брюсов. Это место интересовало и уже упомянутую группу поисковиков, работавшую под руководством Кролевского. Однако конкретные данные, пусть даже вызывающие серьезные сомнения в их достоверности, поступили из ГДР с заявлением Рудольфа Виста. Главная задача заключалась теперь в том, чтобы определить конкретное местонахождение укрытия. Где мог находиться тот «Б-3», о котором говорилось в документах оберштурмбаннфюрера?

Воспроизводя по памяти приказ о захоронении Янтарной комнаты, Рудольф Вист называл три улицы, которые определяли границу территории, где находился бункер, — Книпродештрассс (Театральную), Ланге Райе (Барнаульскую) и Штайндамм (Ленинский проспект). Все эти три улицы проходят, как известно, под определенным углом относительно друг друга, но, пересекаясь, не образуют замкнутого пространства. Поэтому, собственно, не могут рассматриваться в прямом смысле слова как границы местонахождения бункера. Вместе с тем, отмеченный на карте маршрут движения транспортной колонны, как мы помним, заканчивался в районе площади Хоймаркт, а она, по существу, являлась как бы центром, в котором сходились все три улицы.