Иронично, особенно когда на самом деле ни те, ни другие биологически не были таковым.
– Куда она тебя отвезла? – спросил он.
– В аэропорт. Я помню, что она мчалась на всех парах. – Сцена десятилетней давности прокрутилась у меня в голове. Я скрестила руки на животе, чтобы отогнать холод, который сопровождал её. – Я испугалась. Ее поведение было странным – не в ее характере. Мама была одной из самых разумных и решительных женщин, которых я знала, и она сворачивала перед полуприцепами и вела себя так…
Мысль о том, что я собираюсь сказать, никогда раньше не имела особого значения. Теперь это казалось важным.
– Как? Мне нужно знать.
– Как будто за нами следили.
Маленькие морщинки вокруг его темно-карих глаз стали глубже, когда он снова вцепился в подлокотники кресла.
Тряхнув головой, чтобы прогнать воспоминания, я положила руки на колени и продолжила:
– Она вручила мне мое новое удостоверение личности. Именно так. В один холодный день у меня вдруг появилось новое имя со всеми сопроводительными документами.
– До этого времени ты была Аранией?
Я опустила взгляд на свои руки и снова посмотрела ему в глаза.
– Нет. Я уже говорила тебе, что слышала это имя до тебя всего один раз. Я росла, веря, что меня зовут Рене, Рене Марш.
– Когда ты слышала свое настоящее имя, кроме как от меня?
Я чуть не рассмеялась, потому что эта реальность была, как говорится, страннее вымысла.
– Наверное, если бы я не услышала его от мамы в тот день, то не поверила бы тебе.
– Она тебе сказала? – спросил он. – Твоя приемная мать знала, кто ты на самом деле?
Я кивнула.
– Она тебе еще что-нибудь сказала?
Я посмотрела на свои руки, заламывая сначала одну, потом другую. Хотя я не подняла глаз и не услышала его, я знала, что Стерлинг встал. Как бы странно это ни звучало, я почувствовала это – сдвиг в силе, окружавшей меня, когда он подошел ближе.
Он протянул руку, приподнял мой подбородок, переводя взгляд с моих коленей и рук на него.
– Скажи мне.
– Я спросила ее, почему я должна уехать, и она сказала, что за мной охотятся опасные люди. Это как-то связано с моим биологическим отцом. Я никогда не понимала, и… , – когда я сглотнула, из моих глаз снова потекли слезы. – ...Я больше никогда не разговаривала с ней, пока училась.
– Опасные люди?
Его большой палец нежно вытер слезы с моей щеки.
– Я спросила имена.
Воздух вокруг нас дрожал от нетерпеливой энергии, Стерлинг ждал, когда я закончу свои мысли, мои ограниченные знания о том, что жизнь сделала со мной. Я встретилась с ним взглядом.
– Она сказала Спарроу.
Микровыражение шока промелькнуло на его лице при моем признании. Возможно, не шок, а боль. Как будто я физически ударила его словами, а не рукой. На этот раз я потянулась к большим рукам передо мной.
– Она сказала, что у руля стоит человек по имени Аллистер, но когда-нибудь это будет его сын Стерлинг.
– Аллистер больше не опасен.
Опустив его руки, я наклонила голову.
– Он ведь твой отец, не так ли?
– Был.
Я дотронулась ладонью до его шершавой щеки.
– О, Стерлинг, мне очень жаль. Я и забыла. Я помню, что читала об этом.
– Не жалей, что его больше нет. Мир стал намного лучше.
– Еще… Я знаю, каково это потерять родителя. – Я пожала плечами. – Больше, чем одного. – Мне в голову пришел один вопрос. – А твоя мать?
– Она в Чикаго. Разве она не фигурировала в твоих исследованиях?
Вопрос вызвал у меня покалывание, когда я вспомнила, что он сказал мне не расследовать его семью.
– Я не изучала семью МакКри. Как ты и сказал.
В его темных глазах сверкнул огонек, как будто его разум и мой выбрали один и тот же путь. Он сделал шаг назад.
– Черт возьми, Арания, мне так много нужно тебе сказать, и одной фразой ты заставляешь мой член хотеть совсем другого.
Я действительно произвела впечатление на этого человека. В этом знании было что-то могущественное.
– Мне кажется, я хочу того же самого.
Его брови поползли вверх, когда мои щеки потеплели под его пристальным взглядом.
– Ты говоришь, да?
– Я говорю, что сейчас есть большая вероятность, чем раньше.
Стерлинг глубоко вздохнул и полез в задний карман джинсов. Не знаю, чего я ожидала, может быть, презерватива. Чего я не ожидала, так это своего телефона.
– Ты сказала, что хочешь увидеть это, независимо от времени дня и ночи.
Внезапно все остальное перестало иметь значение.
О, Боже мой. Луиза.
Мой желудок сжался, и паника пробежала по крови, когда я потянулась к телефону. Откинувшись на спинку кровати, я принялась возиться с экраном.
– Черт, у тебя он был все время, и ты мне не сказал? Стерлинг, ты же обещал. Это Луиза?
– Сообщение от неё.
Я недоверчиво уставилась на него.
– Ты его читал? Ты читал мое сообщение? Как? Телефон заблокирован.
Он не ответил, но ответ был очевиден. Ничто, даже код доступа, не остановило Стерлинга Спарроу. Вместо ответа он ждал, пока я прочитаю строку сообщений.
«ПОЗВОНИ МНЕ, Я ДОЛЖНА ТЕБЕ КОЕ-ЧТО РАССКАЗАТЬ».
«КЕННИ, Я НАЧИНАЮ ВОЛНОВАТЬСЯ. СКАЖИ МНЕ, ЧТО ТЫ ДОБРАЛАСЬ ДО СВОЕГО УБЕЖИЩА».
