Занятия в институте начинались в полдевятого, поэтому Сакура должна была скоро выйти из дома. Саске стоял на автобусной остановке на противоположной стороне улицы и делал вид, что ждал нужный транспорт. Иногда он подходил к расписанию, сидел на скамейке, положив ногу на ногу, или изучал маршрут останавливающихся автобусов, но, прохаживаясь вперёд-назад, никуда не уходил. Услышав тихий стук двери, он поднял глаза и увидел девушку, вышедшую на крыльцо. Но между ней и Сакурой было минимум четыре отличия: уши, хвост и волосы, едва достигавшие плеч, цвета спелого каштана. Саске несколько раз поморгал, подумав, что либо ему показалось, либо у него солнечный удар. Однако ни через пару секунд, ни через пару минут, пока она закрывала дверь и завязывала шнурки, ситуация не изменилась. Всё говорило об одном ― Сакура подстриглась и перекрасилась. Может быть, она решилась на это, потому что ей надоел предыдущий оттенок ― который, кстати, очень нравился Саске ― или с ним она привлекала лишнее внимание альф. Но в глубине души он знал, что Сакура сделала так, чтобы потерять привлекательность в его глазах. Глупый и бесполезный ход ― волосам всегда можно вернуть прежний цвет. Сакура выпрямилась и, словно догадываясь о его присутствии, посмотрела на остановку. Это точно была она, а не кто-то другой! Выйдя за ограду и помотав головой, Сакура пошла в университет, а Саске по другой стороне улицы ― за ней. «Ничего, она вновь перекрасит их ― у неё не останется выбора!» ― сдвинув брови к переносице, заключил Саске.
***
Саске стоял, облокотившись на подоконник, у кабинета ректора и размышлял о работе для конференции. Уже несколько дней он не мог определиться с темой, а выступать с тем, что предложит преподаватель, не хотел. Докладывать о жизненном пути самураев ― его любимом вопросе ― Саске не решался, потому что делал это уже не раз. А поделиться информацией о достижениях клана Учиха было несколько заносчиво и высокомерно. Скрестив руки на груди, он развернулся к окну. Во дворе росла сакура, словно танцуя при каждом дуновении ветра, и гуляли студенты во время большого перерыва. Может, ему подготовить сообщение о влиянии весеннего цветения на культуру Японии? Хотя это не совсем его специальность. «Что, если мне рассказать об истории гейш и их костюмов? Можно было бы одолжить всё необходимое в поместье дяди», ― рассудил Саске, оставшись довольным подкинутой разумом идеей.
Не успев порадоваться своей находчивости, он услышал мелодичный голос, с каждой секундой становящийся громче. По коридору шла Сакура и с кем-то оживлённо разговаривала. Когда они прошли мимо, Саске медленно развернулся и увидел её и того никчёмного альфу. Она общалась с ним очень открыто, даже жестикулировала, что-то доказывая, а он смеялся и точно невзначай изредка касался её руки. Каждый раз при этом всё внутри Саске замирало ― он жаждал разобраться с ним, указав его место. Но мысль, что Сакуре это не понравится, несколько сдерживала яростные порывы. «Осталось подождать совсем немного. В любом случае она полностью не доверяет ни одному альфе, кроме отца, а значит и ему тоже. Сакура обязательно покорится мне, когда её позовёт природа, ― начал Саске, криво ухмыльнувшись. ― Связь омеги с её истинным намного сильнее, чем с другими. Подсознательно она уже знает, что лишь я могу обладать ею».
Перед тем как они завернули за угол, Саске в последний раз посмотрел ей в спину. «Пожалуй, наступил момент для следующего хода, но для этого потребуется помощь», ― подытожил он и пошёл к кабинету ректора. О её соседе Саске почти не волновался: когда он поговорит с Сакурой в спокойной обстановке, тот перестанет быть для него помехой. Благодаря дневнику он узнал, на каких струнах её души стоит умело сыграть, чтобы она расчувствовалась и пала в его объятия. К сожалению или к счастью, в биографии Саске были не только светлые и радостные дни ― но и те, о которых лучше не вспоминать. Он поделится с ней переживаниями и покажет, что её мысли о нём далеки от реальности. «Скоро, очень скоро всё изменится, Харуно Сакура, и твои иллюзии насчёт меня разобьются, как волны о каменистый берег», ― подумал Саске и постучал в знакомую дверь.
***