Однако и Лидия Леннокс времени не теряла – и находилась она всего в полутора метрах от меня. Разинув пасть и обнажив напоминающие иглы передние зубы, бело-жёлтый питон скользнул ко мне, отрезав путь к отступлению.
Чёрт! С тяжёлой клеткой в руке я не мог через неё перепрыгнуть: она впилась бы мне в ногу.
– Мотор! – закричал Крис, будто на этот раз режиссёром был он, сорвал с пояса свитшот и сзади набросил его на голову миссис Леннокс. Шари схватила огромного питона за хвост, чтобы он не мог обвить и задушить ни меня, ни Криса. Мистер Кристалл бросился в драку явно с мрачным удовлетворением – ведь миссис Леннокс чего только не предпринимала, чтобы сместить его с поста директора.
Оборотень-куница, злобно сверкая глазками, кинулся на меня и вцепился зубами в руку с клеткой:
– И не надейся! – прохрипел я, хотя было очень больно и у меня не получалось стряхнуть негодяя. А куница, цепляясь за меня когтями, полезла вверх – прямо к моему горлу и лицу!
– Отстань от Тьяго! – крикнула Шари. Судя по её виду, она готова была стереть куницу в порошок, но ей нельзя было отпускать питона, поэтому она не могла мне помочь.
Но у меня было секретное оружие: поскольку Рокета всё это время не было видно, противники о нём позабыли. Рокет вылез у меня из-под футболки, превратился и, схватив куницу за шкирку, сунул в клетку к кролику.
Миссис Леннокс отличалась недюжинной силой, а у Криса, Шари и мистера Кристалла не было опыта борьбы с огромными змеями.
– Нам её не удержать! – крикнул мне Крис. Рокет бросился им на подмогу – справятся ли они вчетвером?
– Помоги им, а этих я возьму на себя. – Юна забрала у меня клетку и пустилась бежать.
Оборотень-бульдог, превратившись обратно в собаку, длинными прыжками погнался за нашей невысокой, но шустрой старостой.
– Я тебя прикрою! – Оливия стала кидаться в него кокосовыми орехами, но, увы, меткостью она не отличалась: почти каждый второй бросок был мимо цели.
Негодяй хотел уже вцепиться Юне в ногу, но тут путь ему преградила Айви Беннетт с баллончиком спрея. Ш-ш-ш! Струя лака для волос попала оборотню в плоскую морду с трясущимися брылями, и он, заскулив, стал тереть себе лапами нос – обоняние к нему вряд ли скоро вернётся.
Я поспешил к друзьям, чтобы помочь им справиться с Леннокс. Но это оказалось непросто – руки соскальзывали с гладкой змеиной кожи. К тому же питон бешено извивался, швыряя нас из стороны в сторону. Распластавшись на животе и упёршись ногами в землю, весь изрезанный осокой, я пытался продержаться, надеясь, что Леннокс когда-нибудь сдастся. Рокет, прикусив губу, пыхтел от напряжения.
– Заткнись! – велела Юна и, пробегая мимо болотца, окунула в него клетку – к бурному негодованию кролика и куницы.
Над ней, следя за каждым её движением, парил оборотень-чайка.
Тигрицы неистово дрались, пытаясь помочь начальнице и остановить Юну. Мисс Уайт сражалась с Латишей, Ноэми – с Наташей. Пантера сильна, но тигрица намного крупнее. Я увидел, как когти вспороли шкуру Ноэми и у неё из плеча потекла кровь.
– Надо ей помочь! В одиночку она не справится! – крикнул я друзьям, выпустил питона и повернулся к свирепым тигрицам.
– Делай что можешь. – Мистер Кристалл огляделся. – Ни у кого нет мешка, чтобы её туда засунуть?
Мешка, увы, не нашлось.
– Может, завяжем эту проклятую змею узлом? – пропыхтел Рокет.
– У неё слишком гладкая кожа – в два счёта распутается, – покачал головой директор.
– Это мы ещё посмотрим, – отозвался мистер Кристалл, даже не подумав её выпустить.
На суше мы с мисс Уайт не могли применить и сотой доли своей силы. В человеческом обличье мне в схватке с Наташей не уцелеть: тигрица одним ударом лапы сломает мне хребет. Мисс Уайт мне помочь не могла: Латише удалось вывернуться, и теперь она готовилась к прыжку.
– Айви, тяпку, скорее! – крикнула учительница борьбы.
