– Твой сержант Ребров тебе все расскажет, – пообещал Гуров. – Если коротко, суть дела состоит в том, что сынок Теплова решил избавиться от Инны, которая отняла у него часть наследства. Он приехал с дружком, и они напали на меня и на Инну. Пришлось вступить с ними в схватку. Кстати, в задержании двоих бандитов сержант Ребров проявил себя молодцом, заслужил благодарность по службе. Конечно, это ты его начальник, тебе и решать, но я бы вынес парню благодарность.
– Конечно, вынесем, – пообещал Гришин. – А на этих двоих, когда их доставят, будем открывать дело? По какой статье?
– Статья понятная – нападение на сотрудника полиции, – отвечал Гуров. – Но я бы не спешил раскручивать это. Я просто хочу, чтобы эти двое, точнее, Олег Теплов, пока посидели у нас. Я его наскоро допросил, и у меня сложилось впечатление, что он непричастен к убийству отца. Уж скорее организатором убийства могла выступить его мать, первая жена Теплова Людмила Храпченко. Вот чтобы нам иметь рычаг для воздействия на эту мамашу, я и хочу, чтобы Олег сидел в СИЗО. Пусть она думает, что мы ее сына считаем главным подозреваемым, понимаешь?
– Понял тебя, Лев Иванович, – отвечал майор. – А что там слышно насчет нашего стрелка, он же мотоциклист? Не нашли его пока?
– Пока не нашли, – ответил Гуров. – Ждем, пока сам придет, с повинной.
После этого он убрал телефон и снова направился к дому, в котором жила Инна. Сыщик решил, что после пережитого нападения девушка нуждается в какой-то поддержке. Инна не сразу ему открыла, но зато потом, когда он вошел, она чуть ли не кинулась ему на шею.
– Вы меня спасли! – воскликнула она. – Если бы не вы, они бы меня убили!
– Ну да, похоже на то, – был вынужден согласиться сыщик. – Но, если на то пошло, вас спас не я, а сержант Ребров. Его зовут Анатолий, и он живет во Владимире. Вы можете отправиться туда и выразить ему свою благодарность лично.
– Да, пожалуй, это было бы правильно, – согласилась Инна. – Но… как же я поеду? Ведь вы сказали, что мне нельзя отлучаться из этой деревни…
– Да, я считал, что вам надо оставаться здесь, – согласился Гуров. – Но теперь опасность, кажется, миновала. Вы поняли, кто этот парень, который первым кинулся на нас, размахивая битой? Это был сын вашего возлюбленного Павла Теплова, Олег. Теперь ближайшие несколько недель он проведет в тюрьме города Владимира. Поэтому я думаю, что непосредственная опасность вам больше не угрожает. Можете ехать в Москву, или во Владимир, или в любую точку на земле. Только не меняйте больше телефон – возможно, мне понадобится еще раз с вами связаться, чтобы задать несколько вопросов.
Расставшись с девушкой, Гуров сел в машину и направился назад, в поселок Журавль. Теперь ему хотелось побеседовать с еще одной зрительницей злосчастного спектакля по Чехову – Алевтиной Юрьевной Кондрашовой. Ему не терпелось задать ей несколько вопросов.
Остановив машину возле знакомого дома, сыщик позвонил в двери. И снова, как в первый раз, калитку ему открыл слуга в лиловой ливрее. Он не задал ни одного вопроса, только сказал: «Прошу за мной» – и проводил сыщика в знакомую гостиную. И снова Гуров сидел в белоснежном кресле и поражался роскошному убранству этого дома.
Однако долго сидеть в одиночестве ему не пришлось. Послышались шаги, и по лестнице со второго этажа спустилась женщина, одетая в роскошное платье, казалось, только что сшитое в модном парижском салоне. Гуров раньше уже видел жену Кондрашова – и на спектакле, и позже – но теперь она выглядела совершенно иначе. Это была настоящая светская женщина, которую легко было представить на каком-нибудь приеме в посольстве или где-нибудь на ужине со знаменитостями.
Алевтина Кондрашова подошла к сыщику, поприветствовала его, предложила чай или кофе. Сыщик, у которого с утра во рту ничего не было, не отказался, и слуга в ливрее тут же принес свежезаваренный кофе.
– Я рада, что наконец и до меня дошла очередь, Лев Иванович, – сказала Алевтина Кондрашова. – Я знаю, что вы опросили всех, кто был на этом злополучном спектакле, и только мне не уделили своего внимания.
– Да, тут я оплошал, – согласился сыщик. – С вашим мужем побеседовал, а с вами нет. Кстати, а где сейчас Геннадий Игоревич?
– Он в Москву вчера уехал, – объяснила Алевтина Юрьевна. – У него там накопилось несколько вопросов по бизнесу. А поскольку вы не возражали, чтобы он мог уезжать, он и воспользовался вашим разрешением.
– Понятно… – кивнул сыщик. – Да, действительно я задал вашему супругу все вопросы, какие хотел. Теперь у меня осталось несколько вопросов лично к вам. Точнее, все эти вопросы касаются одного эпизода. Скажите, зачем вы в антракте подходили к Инне Мещеряковой?
Задавая этот вопрос, сыщик ожидал, что жена миллионера будет удивлена ему, даже возмущена. Ожидал, что она заявит, что не знает никакую Инну Мещерякову, такого эпизода вовсе не было или что она о таком не помнит. Однако он ошибся. Алевтина Кондрашова спокойно кивнула и ответила:
