Ох, согласиться на это стоило, только чтобы увидеть вот это вот выражение лица надменной повитухи, которая убеждала, что я ногтя драконьего не стою. Конечно, она не знает всей подноготной истории, не знает, что королю я нужна всего лишь как инкубатор и средство держать Сорина на коротком поводке, но вышло красиво. “Вахлачка”, — прочитала я по ее губам, а затем Аллегра неохотно на пару миллиметров склонила голову. Ого, да это поклон!
— Леди Аллегра, я была рада вас видеть, но в ваших услугах не нуждаюсь.
Ее костистое лицо с острыми скулами и похожим на крюк подбородком стало удивленным, а затем она вдруг засмеялась, запрокинув голову.
— Что такое? — почему-то от этого смеха, похожего на карканье, мне стало страшно.
Аллегра схватила меня за локоть, приблизила рот к моему уху и прошипела:
— Ты никогда не сможешь доносить ребенка. Хоть в саламандров хвост свернись.
— Что? — Я отшатнулась. — Ты что такое несешь, ты… злобная… горгулья!
— Кэтэлина, — мягко выступил вперед Перс. — В чем дело?
— Она сказала… Эта горгулья сказала… — Я даже вслух такого произнести не могла.
— Леди, — Аллегра издевательски выделила голосом это слово, — Кэтэлина неважно себя чувствует и, должно быть, бредит. В ближайшее время это будет ее обычным состоянием. Мои услуги как повитухи здесь не нужны.
— Или ты мне скажешь, что несешь… — Я вдохнула и выдохнула, потому что голова опять закружилась, колени стали ватными. Тихо спросила, схватив Аллегру за локоть: — Вы можете помочь?
— Не могу, — в ее тоне мне вдруг послышалось настоящее сожаление. — Жди кошку верхом на драконе и молись Огненному. Мое почтение.
Она сделала реверанс непонятно кому, а затем отошла от меня на пару шагов, открыла портал и шагнула в дымный окруженный огнем круг.
— Как невоспитанно, — заметил Перс. — Ты в порядке?
Какое, к Огненному на рога, в порядке?! Я сейчас далека как никогда от “в порядке”! Ладно. Надо мыслить логически и быть последовательной, раз ничего больше не остается. Успокоиться мне помог ощутимый толчок изнутри и движения, как будто сын (или дочка!) пытается перевернуться.
“Все будет хорошо. Обещаю”.
Кое-как переговорив со всеми повитухами, я остановилась на драконице и женщине, которых приметила с самого начала. Женщина была лучшей повитухой в трех окрестных селах и очень волновалась, как там без нее справятся, — мне понравилась такая ответственность, и я, заручившись поддержкой Перса, пообещала по первому требованию открывать ей порталы в любое место, какое пожелает. Драконица, которая не умела прятать эмоции, прибыла из храма Огненного, как и Аллегра. Я так поняла, он был чем-то вроде академии повитух.
— Чем человеческие женщины отличаются от дракониц? — задала я вопрос, ожидая услышать рассуждения об избранности Огненным и “черновиках”, но повитуха, явно увлеченный своим делом профессионал, после секундного размышления ответила:
— Женщинам легче понести и родить. У них бедра шире и сильнее ноги. У дракониц в чреве дети не задерживаются, увы. Оборотная сторона дара Огненного.
— Вы нам подходите! — радостно заявила я и протянула удивленной драконице ладонь для рукопожатия.
На вид она была совсем юной, с затянутыми в пучок серыми волосами. Не удивлюсь, если книжки по анатомии ей намного интереснее замужества и противостояния людей и драконов. Идеально! Все складывается как нельзя лучше. А ты, Аллегра, просто злая, завистливая горгулья!
Когда мы вышли из дымной гостиной, я лицом к лицу столкнулась — с женщиной! Настоящей человеческой женщиной, которая несла в руках стопку простыней.
— Перс, ты говорил, что на верхних этажах дворца не бывает людей, — с улыбкой спросила я.
Неужели король решил изменить свое мнение и правила? Может, все не так уж плохо?
— Это служанка графини де Авен, — поморщился он. — Видишь темную полоску на ее юбке? Его величество решил, что преступнице не должны прислуживать драконы. Только люди. В назидание.
— Это считается унизительным?
— Для кого-то, равного по происхождению графине? О да.
— Вот как.
А Сорин подобными предрассудками не был обременен. Как же я скучала по Вириану, который занудно, но крайне обстоятельно рассказывал мне о любых сложностях этого мира, ведь я была "женщиной" и "необразованной". Во дворце рядом со мной не было человека, которому я могла бы так же довериться. Разве что Перс, но о его немногословности можно было бы петь песни. Смешно, но у меня даже моей кошки, Уголька, не было, некому было мурчать под боком и успокаивать.
Перс бросил на меня косой взгляд и ничего не ответил. Я сжала зубы и повыше вздернула подбородок.
