В Южном Прикамье с векшицами связан целый комплекс представлений — в былинках рассказывалось о том, что вынутый плод они жарили и поедали в банях, [412]чтобы проникнуть в дом для вынимания плода, оборачивались сороками, [413]а если женщина все же оберегалась от них, вынимали плод у тельной коровы. [414]Погубленных мальчиков векшицы называли «налимчиками», а девочек — «сорожками». [415]
Основными способами оберега от векшиц для беременной женщины являлись традиционное повязывание на голое тело гасника от мужниных штанов или опояски, чтение молитвы на ночь, что и в наши дни встречается повсеместно на территории Еловского и Куединского районов. Другие способы были весьма специфичны — в дверях клали на ночь головешку; [416]в дверях же заговаривали и ставили икону; [417]закрывают на ночь печную трубу. [418]Последнее действие довольно характерно, поскольку в народных традициях печь зачастую считалась аналогичной женскому чреву.
Кроме того, на беременную надевали «мужнины штаны»; [419]муж во сне должен был обнять жену или закинуть на нее ногу. [420]Некоторые способы оберега соотносились с ориентацией в пространстве избы: беременная ложилась спать поперек пола, ориентируясь по направлению женской лавки, [421]или наоборот — вдоль пола в соответствии с направлением матицы. [422]
Следующим существенным элементом родильного обряда являлось место пребывания роженицы и бабки-повитухи в последний дородовый и послеродовый период. В Прикамье роды чаще всего проходили в бане, куда повитуха и роженица отправлялись за три дня до появления младенца на свет. В повитухах, как правило, была старуха, которую в деревне считали знающей, реже ее называли колдуньей или ведьмой. Она приходила в избу втайне от жителей деревни, так как оповещать о начале родов было не принято. [423]Считалось, что роженица примет столько мук, сколько волос на теле у тех, кто узнал о приходе повитухи (члены семьи, естественно, в расчет не принимались). [424]
Родовые боли в прикамских традициях назывались «бабьей мукой» и воспринимались как болезнь. Наиболее распространенным способом облегчения болей была передача «бабьей муки» на мужа. Сами способы передачи информанты вспомнить не могли, считая, что любая роженица обладает такой способностью. Если же родовые схватки начинались у женщины не вовремя и вне дома, она, как считалось, могла перевести боль и на чужого человека.
«Бабе одной в лесу приспичило. Вот она увидала мужика чужого. Он от нее далеконько ведь был, a м
Интересно, что «бабья м
«А то еще на девочку мою напустили «бабью м
Если роды проходили в избе, роженица передавала «бабью м
Чаще всего для облегчения родов роженица раздевалась до рубахи, распоясывалась, снимала серьги, кольца, крест, развязывала на одежде все узлы, что и ныне делается в Прикамье повсеместно. Таким образом женщина уподоблялась мифическому существу, аналогичному персонификациям лихорадок и болезней в заговорах.
В особо тяжелых случаях было принято открывать в избе (даже если роды проходили в бане) трубу, окна, двери; если это не помогало, то домочадцы просили распахнуть в церкви «царские врата». Последний метод практикуется в Прикамье повсеместно.
Особо выделялись случаи, когда подозревали, что колдунья «закрыла роды». Тогда роженицу поили водой из трех ключей, в которой размыкали три замка или развязывали три узла. [428]
Часть действий, облегчающих роды, производилась в избе с ориентацией на ее сакральные центры. Перед родами беременную водили с молитвами вокруг стола «посолонь». [429]В избе (или бане) роженица бралась руками за матицу, затем за лицо; в бане затем мазали лицо сажей, в избе же использовали сажу из печи. [430]В избе (или на дворе) роженица пролезала под столом, сквозь дугу, между ног мужа. [431]