Любые отношения состоят из нескольких фаз. Начну с первой. Секс. Для меня и Келли данная часть оказалась простой. Только тсс… Не говорите об этом ее отцу. Он всегда меня ненавидел. Не стоит давать ему лишний повод. Вторая фаза — любовь. Я понял, что люблю Келли, в тот момент, когда она ударила меня в ухо за то, что я угнал ее машину. А это объясняет то, почему ее отец испытывает ко мне ненависть. Ну и ладно. Для того, чтобы угнать машину, нужен веский повод, но у меня его нет, если вы об этом спросите. Когда секс и любовь срабатывают на славу, в конце концов, это все приводит к… Барабанную дробь, пожалуйста… Угадали. Свадьба. Женатым быть трудно. Сохранить брак вдвойне труднее. Я мог бы дать парочку советов, но вам, вероятно, не стоит меня слушать. Сам же я последовал совету порно-звезды, принял крошечную голубую таблетку и припал к двери душевой. Ту ночь мне бы хотелось стереть из памяти. Где-то на ужасающем промежутке между свадьбой и отцовством (а мои головастики заделали пятерых мелких засранцев, то есть, я хотел сказать, ангелочков) наши отношения как мужа и жены распались. Я с легкостью могу назвать тот момент (о нем вы и сами скоро узнаете), который привел к этому. Секс. Любовь. Свадьба. И весь хаос между ними. Я не горжусь тем, что временами вел себя как полнейший придурок. Но мы же друзья, правда? Поэтому будьте бдительны.
(vk.com/kn_books)
Ноа
Видите этого полуголого парня, который сидит на полу в кладовой и ест хлопья из коробки? Знаю. Горячий, правда? Спасибо. В свои тридцать я выгляжу довольно-таки неплохо.
Вероятно, многие из вас задались вопросом, почему я сижу полуголый на полу в кладовой и ем хлопья из коробки, да?
Я объясню, и, возможно, это возымеет больший смысл. Давайте вернемся на пять минут назад.
Ну, теперь заметили на полу эту парочку? Да, они занимаются сексом. Точнее, пытаются. Заниматься сексом на холодной плитке в ограниченном пространстве не так уж и легко. Все фильмы врут.
— Иисус, Ноа. Мне больно.
С ворчанием я оглядываюсь на наши переплетенные ноги.
— Тогда подвинь ногу.
— Не могу. — Келли пытается освободить свою ногу, но становится только хуже. — Она застряла в корзине.
Я отбрасываю корзину в сторону и замечаю рядом с ней еще пять таких же. Мы словно находимся на одном из придорожных фермерских рынков.
— Почему здесь так много корзин?
— Потому что c ними порядок. В нашем доме постоянный бардак. Было бы неплохо содержать в чистоте хотя бы кладовую.
Теперь это похоже на тупое замечание в мой адрес. Вероятно, из-за того, что я иногда создаю беспорядок, но сейчас не хочу об этом думать. Простонав, я пытаюсь изменить положение, но… Вы когда-нибудь занимались сексом в кладовке, когда перед глазами находится коробка с хлопьями? Кажется, желтый цвет успокаивает? Или отвлекает? Пофиг.
— Ой, ты дергаешь меня за волосы!
С хлопком накрываю ладонью рот жены.
— Хватит болтать. Я не могу сосредоточиться.
Знаю-знаю. Я не должен быть таким грубым. Но, эй, я накрыл ее рот рукой, а значит, больше не буду тянуть за волосы.
Жену это не устраивает. Я чувствую ладонью, как она хмурится. Мне очень хорошо знаком этот взгляд. Он похож на тот, что я видел прошлым вечером, когда чистил зубы, а она (по одному богу известной причине) засунула голову в раковину, и я сплюнул зубную пасту на ее волосы.
Наверное, вы удивляетесь, почему мы находимся на полу в кладовой? Или если вы внимательны к деталям и заметили коробку с хлопьями, то вам любопытно, почему она там стоит? Ну, наши дети никогда не убирают все это дерьмо на свои места.
Похоже, мы можем закончить до того, как проснутся дети, и тогда мне придется уйти на работу. Ерзая на коленях, я пытаюсь поудобнее расположить наши тела, но жена вскрикивает и отстраняется от меня.
— Святое дерьмо, он огромный!
Ухмыляясь, я смотрю на нее сверху вниз:
— Вот как ты заговорила.
— Да не ты, тупица. — Она бьет меня по лицу. Прямо по щеке. — На твоем плече паук!
От меня не ускользает тот факт, что она с легкостью могла бы прихлопнуть паука, а не бить меня по лицу, но неважно. Чем дольше вы женаты, тем лучше понимаете,
— Где? — кричу я, как маленькая девчонка.
Даже меня пугает визгливость собственного голоса, и я задаюсь вопросом, не исчезли ли мои яйца. Проверяю. Нет. Они все еще там и выглядят чертовски синими.
Занимательный факт: я не люблю пауков. Не поймите неправильно, я мужик, но вид этих жутких, ползающих черных тварей просто выводит меня из себя. Я превращаюсь в нечто похожее на человека, которого только что долбанули электрошокером, и теперь он дергается, извергая всевозможное дерьмо. Ничего прекрасного.
За долю секунды я вскакиваю на ноги и случайно бью жену, пытаясь прихлопнуть паука. После того, как я ударяю ее кулаком, Келли, задыхаясь, смотрит на меня этим
