Секс по алфавиту полностью

— Да, Эдвард, — робко ответила Белла, и в комнате повисла тишина. Никто не сказал ни слова, пока Эдвард не начал собирать рассыпанные по полу листки бумаги и класть их обратно в шапку. Быстро встав, он подошел к Белле и протянул ей шапку. Ее глаза расширились от страха.

— Выбери букву, Белла, — прошептал он, и Белла покачала головой.

— Выбери букву, Белла, — повторил Эдвард, и Белла снова затрясла головой. Слезы покатились у нее из глаз, и он встал перед ней на колени.

— Выбери букву, любимая.

— Не называй меня так, Эдвард, — сквозь слезы выдавила Белла.

— Пожалуйста, выбери букву, Беллз, — настаивал Эдвард, пододвигая к ней шапку, но она снова замотала головой, отталкивая его руку.

— Я не могу, Эдвард. Ты что, не слушал то, что я говорила? Я не могу больше играть в эту дурацкую игру.

Эдвард опустил голову и взглянул на Беллу из-под опущенных ресниц, а потом снова перевел взгляд на шапку в своих руках. Он посмотрел на Беллу с намеком на улыбку на губах и вытянул сложенный листок бумаги из шапки.

— Полагаю, теперь моя очередь, — объявил он, и у Беллы отвисла челюсть.

— Эдвард, я не могу… — начала она, но губы Эдварда прервали ее речь. Он подался вверх и, обхватив ладонями ее щеки, запечатлел целомудренный поцелуй на ее губах. Он хотел поцеловать Беллу по-настоящему, но она грубо оттолкнула его от себя.

— Ты хочешь еще сильнее ранить меня? — спросила Белла, и Эдвард покачал головой.

— Ты и правда думаешь, что я не чувствую то же самое, Белла? Неужели ты думаешь, что я такой бессердечный? Это уже не просто игра для меня. Разве ты не заметила? Я старался разбить в пух и прах все твои правила так быстро, как только мог. Белла Свон, я люблю тебя, — признался Эдвард, глядя на нее.

— Что? — чуть дыша, спросила она.

— Я люблю тебя, Беллз.

— Правда?

— Неужели тебе в самом деле нужно спрашивать об этом?

Эдвард видел, как ее губы начали растягиваться в слабом подобии улыбки. Ее глаза стали проясняться, а дыхание выровнялось.

— И что теперь? — спросила Белла, и Эдвард послал ей сияющую улыбку, за которой скрывался намек на боль. Хоть он и признался ей в своих чувствах, но не услышал ответного признания. Да, он понимал, что тот факт, что она призналась, что хочет большего, чем просто дружба, подразумевал наличие у нее чувств к нему, но все-таки ему хотелось услышать, что Белла тоже его любит. Он предполагал, что она тоже его любит, но хотел услышать эти слова, как бы эгоистично это ни звучало.

— Я не знаю. Но мы завершим игру, а потом посмотрим, что делать дальше.

— Мне кажется, ты просто и дальше хочешь занимать «извращенным сексом», — поддразнила Белла, цитируя слова, сказанные ранее Эмметом. Эдвард усмехнулся и, сев рядом с Беллой, обнял ее за плечи. Он был счастлив, что она почувствовала себя лучше, но горечь из-за того, что она не сказала в ответ «Я люблю тебя» разъедала его. Он не хотел давить на нее и не хотел, чтобы все выглядело так, будто он заставил ее сказать эти слова, поэтому он промолчал и стал вести себя так, будто все в порядке. И если задумать, то все действительно было в порядке.

— Ну что поделаешь? Я привык к невероятному сексу, и, знаешь, это твоя вина, — пошутил он, и Белла усмехнулась. Эдвард внутри радовался; все возвращалось на круги своя. В некотором роде.

— Но если серьезно, Эдвард…кто мы друг для друга теперь?

— Мы лучшие друзья, которые были настолько глупы, что не замечали то, что было у них перед самым носом на протяжении двадцати лет? — сказал он, и его утверждение прозвучало скорее как вопрос.

— Но что теперь?

— Я не знаю, — ответил Эдвард. — Давай посмотрим, куда это приведет нас. К тому же, у меня тут милый маленький листок бумаги, который обещает нам неплохое веселье, — поддразнил он, призывно двигая бровями. Атмосфера в комнате разрядилось, но все же в ней присутствовала частичка напряженности, от которой Эдвард изо всех сил старался избавиться.

— Так мы действительно собираемся закончить игру? — спросила Белла, полностью повернувшись к Эдварду, и он кивнул. — И отбросим в сторону все правила?

— Какие правила? — ответил Эдвард, самодовольно ухмыляясь. — Ты сказала «К черту правила», и если я все правильно помню, то добавила «Все правила».

— Я знала, что это мне еще аукнется, — усмехнулась Белла. Ее глаза больше не были такими красными, и Эдвард улыбнулся, услышав ее смех, хотя он все еще был немного огорчен.

— Ты хочешь вернуться к тому, как все было в начале игры?

— Нет! — быстро ответила Белла. — Нет, ни за что.

— Хорошо, потому что это правило насчет поцелуев просто убивало меня. Ты даже не представляешь, — простонал он, притягивая Беллу для сладкого поцелуя.

— Меня тоже, — пробормотала она в его губы, тут же запуская пальчики в его шелковистые локоны.

— Какую букву ты вытащил? — спросила она, прерывая поцелуй.

— К, — ответил он. — Хотя, если честно, К это скорее твоя буква.