Все едут медленно. Слишком медленно. Я зажат между двух машин. Киа скрывается из вида, поворачивая налево. Светофор начинает мигать жёлтым, но я ещё успеваю. Да быстрее, блядь!
Наконец путь свободен! Я успею проехать на мигающий жёлтый! Но тут передо мной дорогу переходит пожилая женщина с собакой, которая решила начать движение на жёлтый! «Ну куда тебе-то торопиться, бабуля!» - так и хочется крикнуть мне.
Когда, наконец, я поворачиваю налево, Киа, на которой уехала Ксения, и след простыл. Проезжаю ещё несколько кварталов, вглядываясь во все припаркованные на обочинах и проезжающие мимо машины. Но... нет.
Останавливаюсь.
Ну теперь-то я уж должен поехать домой. Погоня не удалась.
Однако, что-то мешает мне сделать это. Дом, который ещё месяц назад радовал меня своей тишиной после работы, теперь, после ухода Ксении, кажется пустым и неприветливым. Зачем туда возвращаться?
Я гоню внедорожник на север. В спальный район. Чтобы припарковаться возле знакомого дома и, наконец, поговорить с ней. Знаю, что не в праве требовать от неё того, что мне хочется. Но... Кто сказал, что жизнь справедлива?
Первый час ожидания прокручиваю в голове возможный сценарий диалога. И свои объяснения. Я знаю, как убедить её. Не даром я убеждением на жизнь зарабатываю.
Смотрю на часы. Начинает темнеть. Где она, чёрт возьми?
Девять вечера. Быть может, я её пропустил? Молокосос мог привезти её сразу домой быстрее меня... Хотя, если он просто подвозил её до дома, то почему тогда они поехали на юг, а не на север?
Следующие полтора часа я начинаю беспокоиться и набираю её номер. Раз за разом мне отвечают длинные гудки. А потом она просто отключает грёбанный телефон. Я, блядь, ей досаждаю?!
Ведомый каким-то нездоровым азартом, я продолжаю своё дежурство. Гнев и ощущение собственной беспомощности становятся всё сильнее. Я не хочу представлять, чем сейчас может быть занята Ксения, но воображение само услужливо рисует мне её, сидящую на моей кровати и робко обнимающей незнакомого парня. Только теперь она представляется мне обнажённой. От мысли, что он сейчас возможно поминает под себя её сладкое тело мне становится тошно.
Примерно в двенадцать ночи я понимаю, что где бы Ксения не была, она не приедет. Эта мысль буквально не даёт мне покоя. Нет. Я должен выяснить, дома ли она.
Открываю подъезд и поднимаюсь на нужный этаж. Нетерпеливо звоню в дверь. В квартире слышится движение, потом кто-то смотрит в глазок.
- Ксения дома? - спрашиваю я громче, чем следовало бы.
Замок поворачивается, и я вижу мать Ксении, сурово смотрящую на меня.
- Её нет, - она высокомерно складывает губы, чуть опуская уголки вниз. - Что вы хотели?
«А, что, блядь, не понятно, что я хотел?» думаю я. Но вслух говорю:
- Мне нужно её видеть. Где она?
Её мать одаривает меня очередным неодобрительным взглядом.
- Её нет, Константин, - она складывает руки на груди. - И не нужно её преследовать.
Настаёт моя очередь подавлять внутренний гнев.
- У вас на счёт неё серьёзные намерения? - внезапно спрашивает она.
- Что вы имеете ввиду?
- Вы жениться на ней собираетесь? - напрямую интересуется.
Я бы хотел соврать ей. Обнадёжить. Но идти против своих же принципов не могу.
- Нет, - честно отвечаю я.
- Ну тогда оставьте её в покое! - выпаливает мать Ксении. - Не морочьте девчонке голову!
Несмотря на бушующую во мне злость, мне нечего ответить этой женщине. Боже... внезапно я понимаю, что ненормальная мать Ксении права. Мне нужно её отпустить.
Когда я сажусь в машину, чувствую неприятную тяжесть в груди. Мне не хочется это чувствовать, ведь я изначально знал, что у нас ничего не выйдет Но теперь, познав удовольствие, оказывается так сложно от него отказаться...
Дома первым делом сгребаю костюмы, которые я только вчера забрал из химчистки в большой бумажный пакет. Подсознательно я не хотел избавляться от них, глупо надеясь, что она сама вернётся, чтобы забрать. Но теперь очевидно, что малышка уже двигается дальше, в то время как я занимаюсь долбанными самосожалениями.
Сижу в её спальне. Буду ночевать тут. Как и прошлой ночью. Удивительно, но тут я чувствую, что не так одинок.
Достаю наугад книгу из стопки перед кроватью.
Френсис Скотт Фицджеральд. "Ночь нежна".
Хм... надо же. Ещё одно странное совпадение.
*******************
Семь лет назад
Примерно через месяц после начала работы с Леной я пришёл в свой кабинет, вытащил из ящика заявление об увольнении, скомкал и выбросил в урну.
Она была интересным пациентом. Изворотливая и умная, у неё легко получалось вводить меня в заблуждение.
Несмотря на опыт и прекрасные познания в теории, я всё никак не мог понять что из того, что она рассказывает мне на сеансах правда, а что вымысел.
Ей нравилось, когда я анализировал её картины, давал интерпретацию снам.
У неё явно проглядывало нарциссическое расстройство личности. Но все её мании были как ртуть - токсичными и опасными. Как только я думал, что по крупице собрал их в целое, хватало одного неосторожного движения, чтобы всё вновь рассыпалось по полу мелкими прыгающими шариками.
