Мы разбили небольшой лагерь, развели костер. Оля решила сварить «вечерний» суп, как она сама его назвала. Айгуль села рядом со мной, потом легла, устроив голову на моих коленях.
– Удобно? – Спросил я.
– Ага, – безразлично ответила она.
Малдыбай стреножил лошадей, потом неторопливо зашагал куда-то в степь.
– Куда это он? – Тревожно спросил Виталик.
– Да отлить пошел… – Ответила Оля.
– Практиковать сегодня будем? – Сергей жалобно посмотрел на Давида, который сидел на своем каремате, сложив ноги по-турецки.
– Конечно… – С готовностью подтвердил тот.
– Н-нет. Хочу спать. И в баню…
Давид с доброй улыбкой смотрел на Сергея. Тот слабо улыбнулся в ответ.
– Главное – не думать, что все изменится. – Негромко сказал ему Давид. – Отказаться от ожиданий – как обычно…
– И от обязательств?
– Конечно. Мы здесь и сейчас. Не умножай своих иллюзий, думая о будущем, – он достал из кармана монетку, – или вспоминая прошлое…
Давид замолчал, повертел между пальцев серебристый «кругляшок», подбросил его в воздух, поймал и положил на тыльную сторону другой ладони.
– Зачем ты все время подбрасываешь монетку? – Спросил я.
– Выстраиваю стратегию, – усмехнулся он.
Я вопросительно поднял брови.
– Тебе знакома теория вероятностей? – Давид убрал монету в карман.
– В общих чертах, – пожал я плечами.
– Во всяком случае, наверное знаешь, что она занимается изучением случайностей, азартных игр – игральных костей, карт?
– Да, примерно представляю.
– Так вот в теории вероятностей есть интересная теорема: если перед игроком стоит выбор между двумя случайными комбинациями, то любая логически выстроенная стратегия поведения, которую он использует, будет заведомо проигрышной. За исключением одной – отказаться от логических построений и положиться на случайность. В этом случае его шансы на победу гораздо выше, чем когда он полагается на разум. Наша жизнь тоже в основном состоит из последовательности случайностей, иногда – взаимосвязанных, иногда – невзаимосвязанных между собой. Поэтому, согласно теореме, в ней тоже самой верной стратегией поведения будет положиться на случайность – бросить монетку.
– Что, это действительно работает? – С сомнением усмехнулся я.
– Настолько, насколько все в мире случайно. – Улыбнулся он в ответ. – Главное – мы не никогда не сможем это проверить. Потому что не знаем, что произошло бы и как начали развиваться события, если бы мы, вместо того, чтобы следовать совету монетки, поступили наоборот…
– Может, лучше с помощью разума постараться снизить количество случайностей в этом мире?
– Можно, – с готовностью согласился Давид. – Хотя твой разум тоже возник в результате удивительной последовательности случайностей – начиная от твоего зачатия и заканчивая тем, что сейчас ты оказался здесь, и мы с тобой ведем эту беседу.
– То, что я оказался здесь – результат моей свободной воли.
– Да, она несомненно принимала в этом участие. Но попробуй проанализировать цепочку событий, приведших тебя к этому разговору, и если ты не обнаружишь в ней ни одной случайности, я пожму тебе руку… А, точнее, паду перед тобой на колени, как перед богоподобным существом, живущим только по закону своего волеизъявления. – Давид усмехнулся и поднялся с каремата. – Пойду присоединюсь к Малдыбаю в неблагодарном деле мелиорации среднеазиатских степей… – Он ушел в степь.
Странные преследователи в Москве и моя паранойя… История с Соней… Все это в течение нескольких секунд промелькнуло в моей голове.
– Как классно спать под ваши умные разговоры, – не открывая глаз и устраиваясь удобнее на моих коленях, проговорила Айгуль.
– Суп готов, – сообщила Оля.
– Наконец-то… – Пробурчал Сергей.
Давид и Малдыбай возвращались к костру, как два президента дружественных стран с совместной прогулки – мило о чем-то разговаривая, поддерживая друг друга под локоть.
– Завтра должны добраться до реки, а, возможно, и до нашего заветного места, – сообщил Давид.
– Погода хорошая, – подтвердил Малдыбай.
Оля разлила по тарелкам суп, и мы приступили к трапезе.
– Большая река? – Спросил Виталик.
– Жил когда-то великий певец и батыр Коркут. Добрый ангел научил его делать кобыз…
– Это что, водка по-казахски? – Тихо, со смешком, спросил Виталик.
Айгуль сдавленно усмехнулась:
– Нет. Музыкальный инструмент, типа скрипки или виолончели. Но звук у него сумасшедший – реально потусторонний. Его шаманы используют для вызова духов или еще чего-нибудь…