Мы зашли внутрь строения, словно во двор-колодец. Местность и впрямь была диковатой. Как сказал бы шеф, не зализанная турбизнесом. Джон достал из кармана ФД-очки. С помощью таких очков я когда-то искала в модуле Птицелова, если тот впадал в невидимую фазу. Боюсь, ни для чего другого они не годились. Слишком малый брали диапазон. В них было видно то же самое, что простым глазом. Да разве что Миша, гуляющий «фазаном» по женской бане. Адам для той же цели выбирал более изощренные фазы.
— Надень и посмотри, — предложил Джон.
— Можно подумать, я не видела привидений, — ответила я, но очки надела.
Белая ночь превратилась во мрак с горящими окнами, словно над развалинами появилась крыша. Факельный свет мерцал, за окнами бегали тени. Я хотела взять Джона за руку, но он исчез. Стены сдвинулись, голова закружилась, состояние близкое ко сну заставило меня закрыть глаза и ловить ускользающую реальность.
— Джон, — позвала я.
Голос раскатился взрывным эхом. Камни посыпались. Свет погас. Мне показалось, что я поймала не ту реальность. Вокруг была марсианская пустыне с беззвездным небом и дымящимися вулканами на горизонте. «Если я опять его позову, случится землетрясение», — решила я. Ко мне приближалось существо, совершенно на Джона непохожее. Я пошла от него, оно — за мной. Длинное, худое, глазастое, вылитый «белый гуманоид». Я пошла быстрее. «Белый» тоже прибавил шагу, кроме того, обратился ко мне с речью и длинной рукой попытался зацепить мой локоть. Языком жеста, понятным в любой точке Галактики, я объяснила, что не понимаю язык; попросила включить «переводчик» и не лапать меня без спроса. Существо выразило недоумение. Его речь стала более эмоциональной. Оно еще раз попыталось меня схватить, а я споткнулась и упала. Существо нависло надо мной. Кроме нас во Вселенной не было ни души. Телефон автоматной очередью тарахтел в кармане, но гуманоид не пугался. От звона я едва не оглохла и так дезориентировалась, что не нашла карман. Гуманоид полез ко мне в куртку за телефоном.
— Ударилась? — спросил Джон, снимая с меня очки. Он поднес телефонную трубку к моему уху, а я шарахнулась от звука. — Ты чего испугалась?
Вокруг нас были те же серые стены, светлое небо, пустые окна.
— Где ты? — кричал Миша мне в ухо. — Где вас обоих черти носят? Ты нашла Финча?
Голос казался таким громким, что я положила телефон на землю. Мишин голос разливался эхом среди развалин.
— Ну, — шепотом произнес Джон. — Видела? Привидения совсем чокнутые.
Слух пришел в норму, когда мы добрели до коттеджа. Нас ругали. Я затыкала уши от скрипа двери и лязга чашек. У меня не было физической возможности слушать нотации. Джон просто не понимал, в чем его обвиняют. Он делал то, о чем просил Вега: ходил и смотрел. Он не знал, что в отсутствии Веги надо спрашивать разрешение у Миши, и только с его резолюцией нести на подпись к Алене. Он совершенно запутался в субординации. Теперь Джона воспитывали со всех сторон.
— Надо было ФД-шкой пошарить, — ворчал Миша, — а потом лезть…
— Надо было думать! — помогала ему Алена. — Если там охрана? Что за «фазан» за вами гонялся?
— «Белый», — ответила я.
— Догадываюсь, что не негр.
— «Белый гуманоид», я имею в виду.
— Откуда? — не поверил Миша. — Ты, мать, не проснулась? В пижаме помчалась?
— Миша, я в состоянии узнать «белого» даже во сне.
— Не может быть! — удивилась Алена.
— Может, — настаивала я. — Именно так и есть.
— Что в этом месте с геофзикой? — спросила она. — Разломы? Энергетические конусы? Кто-нибудь занимался местностью? Может, археологические раскопки?
— Может, раскопки. Вокруг полно ям.
— Значит «слизняк», говоришь? — Миша задумался. — «Белый» в монахи записался что ли?
— Не знаю, куда он записался. Я ни слова не поняла.
— На каком языке говорил?
— Не знаю.
— Что еще за «не знаю»? — удивилась Алена. — Датский? Немецкий? Какого века монастырь?
— На человеческий язык не похоже.
— И ты молчишь?
— Это я-то молчу?
Алена взяла у меня телефон.
— У меня уши опухли от звона, — процитировала я Ксюху.
— Шеф! — сказала она в трубку. — Тут странный фон. Ирина утверждает, что язык контакта не человеческий. Как бы проверить?
Алена выслушала начальника и передала трубку мне.
— Не можешь определить язык? — спросил Вега.
— Я не была готова. Все произошло спонтанно. Если надо, можно вернуться и повторить.
— Однажды с тобой было нечто похожее?
— Вы хотите сказать, отключение от гиперматрицы? Похоже, было.
— Похоже или то же самое?
— Я пока затрудняюсь.
— Определи мне язык как хочешь, фазу и возраст архива тоже, — распорядился шеф.
— Вы же запретили нам брать приборы.
— Я дал вам Мишу, — напомнил он. — Передай ему трубку.
Телефон пошел по рукам.
— А что я сделаю? — возмутился Миша. — Шеф, у меня нет даже транслятора. Что? Какое «на глаз»? Я забыл, когда последний раз брал ФД!
