Подозрения подтвердились. Оказалось, по протоколу, помимо кольца-усилителя, он должен был предоставить нам денежный бонус. Пять эрий каждому. Это вроде как валюта высшего света, именно ее используют в Академии, куда попадают все колдуны. Сумма по городским меркам не самая большая, и всё же док ее нагло скрысил.
Когда обман вскрылся, я воззвал к совести, Сэл пригрозила смертоубийством, и общими усилиями нам удалось убедить его отдать, что положено.
Но даже после получения золотых монеток тревога не успокоилась. Более того, с каждой минутой она лишь нарастала. Будто звон колокольчиков в преддверии бури.
Мерно гудел мотор.
Машину колыхнуло на очередной выбоине. Старик в очередной раз выдал порцию ругательств. А Сэл в очередной раз нахмурилась и задумчиво закивала головой. Запоминала.
Ехать по руинам Четвертого Кольца и вовсе было бы невозможно. Большинство дорог разрушено, везде заторы, старые машины, бетонные заграждения. К счастью, у нас есть Сэл и ее взрывная магия.
БАХ! Окно, куда я глазел, сверху донизу забрызгало кровью.
— Десять, — после трехсекундной задержки сказала Сэл. — А у тебя всё еще нуль, ха-ха.
— А я и не играю, — пробурчал я.
— Так ты же сам предложил… Бдыщь!
Грохнул взрыв. Очередная искаженная тварь, подобравшаяся слишком близко, разлетелась на куски.
— Я поняла. У тебя эта… магическая пузыря короткая, вот и боишься проиграть. А я круть какая сильная, только вижу кого сразу… Бдыщь.
Громыхнул еще один взрыв.
— Я пацифизм соблюдаю, — слабо оправдался я. — Тебе бы тоже не помешало. Взорвешь кого в городе, мигом в клетку посадят.
— А я и клетку взорву, — ответила Сэл.
На стекло упали первые капельки. Смыли кровавые разводы. Кажется, дождь начинается. Пока небольшой, но черный вал грозового фронта уже закрыл половину небосвода. А мы как раз ехали ему навстречу…
Нет, ну точно что-то назревает! Не может меня так колбасить из-за простого предвкушения городской жизни.
— Знакомые-то ваши точно в машину поместятся? — уже в третий раз поинтересовался доктор.
— Точно, — ответил я. — Три ребенка и одна женщина.
— Ее Элпис зовут, — влезла Сэл. — Она тощая, как собака, любит кушать траву, бухтит и пишет хвалебные стишки про солнце. Идиотка, одним словом!
Несколько лет назад мы с Сэл попали в небольшой продовольственно-жилищный кризис. Элпис помогла его разрешить. Сама она вспоминает про тот случай исключительно в формулировке «спасла заек от голодной смерти», но, как по мне, это преувеличение. Вероятность найти бесхозный шоколадный торт посреди руин никогда не равна нулю.
— А родителей у вас нет? — не стерпев тишины, спросил док.
— Нет, — ответил я.
— Были, — ответила Сэл.
— Ага, были, — согласился я.
— Когда нам было одиннадцать, они продали нас в рабство свободным торианцам, — похвасталась сестрёнка. — За десять банок тушёнки.
— Ужас какой, — пробормотал старик. — Сочувствую.
— Ага, такие кретины, — согласилась Сэл. — Вот дай они мне торговаться, я бы не меньше пятидесяти выбила!
— А я бы сто, — заявил я.
— Тогда я тыщу!
— А я десять.
— Ха-ха, десять — это меньше тыщи. За десять нас и продали. А значит, ты такой же дурилка, как и предки.
Грозовые тучи уже заканчивали трапезничать закатным солнышком. Мир медленно погружался во тьму.
— Погоди-ка, говоришь, вам одиннадцать было? — спросил старик. — Это ж пять лет назад, да? А вы от торианцев-то этих сбежали или как?
— Ну типа, — ответила Сэл.
— Хм, повезло. Да вас не иначе как судьба направляла. Их поселение как раз в тот год… ну, вроде как… всё.
— Что всё?
— Укокошили там всех, — пояснил старик. — Я как раз работать в то время начал, слухов много ходило. Говорили, какая-то резня случилась, кровавая жуть просто. Никто не уцелел. Местные туда до сих пор заходить бояться, говорят, место проклятое. Торианцы же метро хотели откопать, поди оттуда тварина какая и вырвалась. Порубала всех. Вот, говорю, и повезло вам, что свалили вовремя, а то могли бы там остаться. И не стал бы я величайшим ученым нашего времени…
— А, ну да… — Сэл нервозно хихикнула. — Повезло, значит.
План пока следующий: забираем банду из приюта, едем в город, живем порядочной жизнью и соблюдаем все законы. Умираем от старости. Цель достойная, как мне кажется.
Главное помнить. Никакого геройства. Я не буду спасать этот мир. Я не буду покорять эту планету. Это не даст ничего, кроме вечной скуки.
Вот если бы у меня только был достойный соперник… Равный по силам, такой же, как я. Чтоб развернуться на полную, и эх, непонятно, кто победит. Тогда да-а-а. А так не-е-ет.
Мимо проплыл одноэтажный домик с большой буквой «М» на крыше. Дождь медленно, но верно перерастал в полноценный ливень.
Я вытащил из кармана небольшую рацию и вытянул антенну. «М-домик» служил ориентиром. Примерно здесь заканчивалась зона покрытия связи.
— Прием, прием, Люцаис вызывает приют.
— Лю… Ци… А… — прохрипела в ответ рация.
Видать, погодка мешает.
— Мы едем, готовьте шмотки, — предупредил я, понадеявшись, что домашняя станция ловит лучше.
Машина прыгнула на выбоине, нас тряхнуло, старик выругался. Тусклый свет фар почти не помогал.