Двое темнокожих парней сидели на низкой кушетке спиной к девушке, и общались с кем-то, чье лицо скрывал здоровенный разноцветный торшер. Впрочем, Каролина быстро поняла, кто это был, как только услышала знакомый голос, заставивший ее вздрогнуть. Обычно бархатный, с легкой смешинкой, сейчас голос был напряжен и строг.
Джастин лениво перебирал бахрому на торшере, слушая увещевания друзей, которые уговаривали его устроить вечеринку сегодня вечером.
— Об этом не может быть и речи. В доме дети, — отрезал он.
— Да ладно тебе, они будут спать. И мы не будем шуметь, — увещевал Гунзо.
— Знаю я ваше «не будем шуметь«… — недоверительно буркнул Джастин.
— Наше? — вскинул брови Калил. — А не ты ли в прошлый раз во всю глотку орал песню «Я буду жить»? Ведь это слышали даже соседи за несколько домов отсюда!
Джастин закатил глаза.
— Биииизл, — заныл Гунзо, — ну не будь букой. Мы уже заказали «Пино Гриджо» и кокса, — подмигнул он.
— Расплатившись моей карточкой? — чуть громче, чем обычно, сказал Джастин, не сдержав эмоций, копившихся в нем уже несколько дней. И Клод, и Лэнс, и Райан предупреждали его, и не раз, но держаться было все сложнее.
— Ну, вообще-то, Калил оплатил заказ своей, — осторожно заметил Гунзо, взглянув на приятеля.
«Своей карточки, которую я ему оформил, карточкой, на которой лежат деньги, украденные у меня», — пронеслось в голове парня.
Джастин потер лоб, заметив, как парни замялись. Он только что был в шаге от того, чтобы спалиться раньше времени.
— Ладно, посмотрим, — буркнул он, с огромным трудом сдерживая себя. Он понимал, что как бы не вовремя это было, ему лучше согласиться на эту чертову вечеринку, чтобы они не подумали, что он держит на них какую-то обиду. — Прости, — кинул он Калилу. — Неудачный день. Не держи на меня зла, брат. — Он особенно отчетливо выделил последнее слово.
Гунзо случайно обернулся. Увидев Каролину, он слегка нахмурился, словно ее лицо показалось ему знакомым, а потом улыбнулся и обратился к Джастину:
— Биззл, вот и девочки подтягиваются. Это знак, — рассмеялся он.
Джастин выглянул из-за торшера, не понимая о чем речь, и тут же вскочил, изменившись в лице.
— Ты… Как ты тут оказалась? — он был так взволнован, что Каролине это даже польстило. Впрочем, парень тут же помрачнел. — Как ты вошла?
— Через дверь, как и все нормальные люди, — махнула она рукой.
— Я имел в виду, кто тебя впустил? — куда более злобно спросил он.
— Твои охранники, — пожала она плечами.
Джастин перевел взгляд на Гунзо, который подперев подбородок рукой, с интересом наблюдал за этой сценой. Он вспомнил, где видел ее, и теперь улыбался, предвкушая драму.
Бибер тронул его за плечо, не сводя глаз с Каролины:
— Ребята…
Калил поднялся с кушетки, кивая Гунзо:
— За, помнишь, ты обещал показать мне свою… эмм… болячку? — выпалил он, глядя на друга, и сам не веря в то, что говорит.
Гунзо с трудом оторвался от разглядывания девушки, которая вызывала в его лучшем друге такую бурю эмоций, и посмотрел на Калила:
— Чегооо? — протянул он насмешливо. — Какую еще болячку?
— Ну, ты говорил, у тебя там что-то болит! — Калил выразительно поднял брови.
Гунзо недоуменно уставился на него.
— Это у тебя что-то болит, — возмутился он. — Скорее всего, вот тут, — он покрутил пальцем у виска. — Не отвлекай меня, лучше сгоняй за попкорном. Сейчас будет интересная серия, — он снова расплылся в улыбке и перевел взгляд на Каролину.
— За, ты, кажется, говорил, что собираешься пообедать, — снова попытался Калил.
— Спасибо, я уже пообедал, — ответил тот, игнорируя намеки друга.
— За, вали отсюда, — взорвался Бибер.
Гунзо медленно повернул голову к нему, встретившись с его раздраженным взглядом, и его губы задрожали. Изображая подступающие к глазам слезы, он поднялся, и театрально утерев несуществующую слезинку, с придыханием произнес:
— За что ты так со мной, брат? На самом интересном месте…
Он продолжал причитать, пока Калил тащил его из гостиной, мимо Каролины, провожавшей их взглядом.
Когда Джастин и Каролина остались наедине, в воздухе повисло тягостное молчание. Она знала, зачем пришла, но случайно услышанный разговор парней сбил ее с толку. Она нерешительно переминалась с ноги на ногу, не зная, с чего начать теперь. Все усугублялось воинственной позой Джастина, который стоял, широко расставив ноги, и скрестив руки на груди. Выражение его лица не предвещало ничего хорошего.
— Я слышала ваш разговор, — неуверенно начала она.
— Чести тебе это не делает, — ухмыльнулся он, подумав на секунду, что и сам-то в последнее время часто узнавал обо многом именно таким образом.
— Знаю, но я же не нарочно, — пожала она плечами.
Он молчал. Напряжение между ними было вполне осязаемо. Неизвестно, сколько бы еще они простояли вот так, если бы взгляд девушки не упал на его волосы. Уголки ее губ дрогнули, что не осталось незамеченным для парня.
— Ты сменил прическу? — улыбнулась она. — Тебе очень идет.
