Следующие десять лет реальная власть в Анатолии (Центральной) была сосредоточена в руках Тимур-таша. Ему удалось оттеснить тюркменских вождей в приграничные (главным образом, западные и южные) районы. В 1321 г, он оккупировал киликийскую Армению. При Тимур-таше, который оказался сильным правителем, внутриполитическая обстановка в Анатолии быстро стабилизировалась. Это способствовало росту его популярности среди простого населения. В еще большей степени этому способствовало то обстоятельство, что Тимур-таш повел себя как ревностный сторонник укрепления ислама в жизни общества и деятельности институтов власти. В результате такой политики власть Тимур-таша и его авторитет в народе стали настолько сильны, что в 1322 г. он намеревался объявить о независимости Анатолии от находившегося в состоянии упадка государства ильханов[653]. Когда об этом стало известно в Тебризе, то эмиру Чобану стоило больших трудов добиться у ильхана прощения для своего сына и сохранения за ним поста верховного правителя Анатолии.
Неизвестно, как бы в дальнейшем развивались события в Анатолии, но в 1327 г. эмир Чобан попал в немилость к ильхану и был казнен. Тимур-таш, понимавший, что его собственная жизнь теперь находится в опасности, бежал из Анатолии. Он направился к султану мамлюков Насыру и пытался склонить его к войне против государства ильханов. Однако летом 1328 г. в Каир прибыло посольство от ильхана Эбу Саида Бохадыра. По требованию ильхана в августе ] 328 г. Тимур-таш был казнен.
После бегства и казни Тимур-таша монголам некоторое время удавалось сохранять свою власть в Центральной и частично Южной Анатолии. Мехмед Фуад Кепрюлю пишет, что в 1330 г. власть ильханов не распространялась западнее Анкары[654]. В основном им были подконтрольны города, расположенные вдоль дорог, по которым могли быстро перемещаться войска. Однако, так продолжалось недолго.
В 1335 г. умер ильхан Эбу Саид. С его смертью государство ильханов прекратило свое существование (1336 г.), и монголы ушли из Анатолии.
После исчезновения государства Сельджуков и ухода монголов военно-политическая ситуация на полуострове Малая Азия приобрела новую конфигурацию. Географическое пространство, в границах которого существовало сельджукское государство, по-прежнему было заселено тюрками (главным образом, огузами), исповедовавшими ислам суннитского толка. Однако в политическом отношении это пространство было разделено на ряд государственных образований, различавшихся по размерам территории, численности населения, военной силе и степени независимости. В турецкой историографии их принято называть бейликами (княжествами). Некоторые из них прекратили свое существование или были поглощены соседними бейликами. Другая часть обрела государственную самостоятельность и, как будет показано ниже, располагала всеми необходимыми институтами и атрибутами суверенных государств.
В западной части Малой Азии, куда, спасаясь от монголов, ушли большие массы кочевых огузов (тюркменов), процесс образования независимых бейликов начался еще до исчезновения государства Сельджуков. В Центральной Анатолии это стало возможным только после ухода монгольских войск. Наиболее крупными в территориальном отношении и сильными в военно-политическом были бейлики Караманов и Гермиянов.
О Караманах, происходивших из огузского племени Авшар, было уже немало сказано выше. Еще до ухода монголов они сделали своей столицей Конью и объявили о государственной независимости. Более того, они претендовали на роль политических преемников Сельджуков и были серьезными соперниками Османского государства вплоть до конца XV в.
