– Видишь это дерево? В некотором смысле его можно назвать моим. Точнее, деревом моих родителей. Они знают Стива уже много лет. Когда-то он решил срубить деревья на этой поляне, чтобы проводить здесь небольшие свадебные церемонии и другие мероприятия, но родители убедили его оставить это дерево, потому что оно просто потрясающее. Той осенью, когда они усыновили меня, они в каком-то роде усыновили и это дерево тоже.
Селеста обернулась к нему.
– Я не знала, что у тебя приемные родители.
– Я тебе не говорил? Да, приемные. Но это распространенная ситуация, когда у тебя два папы.
– У тебя два папы?
Джастин хлопнул ладонью по лбу.
– Я и этого тебе не говорил? Господи… Да, это наша семья – я и мои папы-геи.
– Ты всегда говорил «родители».
– Да, наверное, ты права. Тебя это напрягает?
– Я не понимаю, что ты имеешь в виду.
– Ну… – Джастин выглядел таким встревоженным. – Это… что-то для тебя меняет?
– Что, например?
Джастин поддел снег мыском.
– Нас.
– Ты думаешь, я посчитаю тебя не таким… не таким чудесным во всех своих проявлениях, потому что у тебя два отца?
– Некоторых людей пугает мысль о том, что я вырос с родителями-геями.
– Они страшные люди?
– Они просто замечательные.
– Если они должным образом исполняли свои родительские обязанности, я не вижу ни малейшего повода из-за этого волноваться. К тому же они усыновили дерево в твою честь, а это очень трогательный поступок. Твои отцы широко мыслят и ценят символы.
– Я рад, что тебе понравилось дерево.
– Мне нравится не одно только дерево, – сказала Селеста. Она была счастлива снова видеть Джастина счастливым.
– Так, ладно, теперь пришла пора зажечь эту малышку. Сделаем это вместе, хорошо?
Встав на колени, он достал что-то из-под снега, а потом подошел к Селесте за спину, обнял ее за талию и положил подбородок ей на плечо. В руках он держал два шнура.
– Возьми. Сегодня это твое дерево, поэтому зажечь его – твоя задача.
Она прижалась к нему спиной.
– Нужно сделать это вместе.
– Если ты так хочешь.
Он накрыл ее руки ладонями.
– Готова? На счет три. Раз… два… три!
Вместе они вставили штепсель в розетку, и дерево мгновенно засияло красными и зелеными огоньками. Селеста на минуту лишилась дара речи, поэтому просто уткнулась головой в шею Джастина и безмолвно наблюдала за развернувшимся перед ней зрелищем.
– Потрясающе, – пробормотал он.
– Да, ты такой.
– Мы такие.
Не разжимая объятия, он покачал ее взад-вперед.
– Ты сделал все это специально для меня?
– Да, я провел здесь весь день. Мои папы мне помогали.
– Я не знаю, что сказать, – прошептала она. – Я так тронута. Просто невыразимо.
– Но мне кажется, что здесь чего-то не хватает. Как думаешь?
– Не представляю, чего.
Он сжал ее плечи.
– Звезды, глупышка. У каждой рождественской елки на макушке должна быть звезда.
– Не представляю, как это возможно, если только мы не превратимся в обезьян.
– Возможно все, что угодно, даже для таких не-обезьян, как мы.
Джастин отпустил ее и пошел к разбитой дороге, по обе стороны которой росли деревья. Подняв руки над головой, он усиленно замахал. Несколько секунд спустя поляну озарил яркий свет фар. К поляне подъехал грузовик и остановился недалеко от елки.
– Господи, что… – удивленно произнесла Селеста. – Что здесь делает грузовик телефонной компании?
– Сейчас покажу.
Они подошли к водительской дверце, и стекло тут же опустилось.
– Джастин! Как дела, братишка?
Джастин сжал водителю руку и наклонился, чтобы быстро его обнять.
– Как раз вовремя. Это Селеста. Селеста, это мой друг Трент.
Селеста заглянула в кабину и застенчиво махнула рукой. Несмотря на холод, на Тренте была синяя футболка с отрезанными рукавами, выставлявшими напоказ накачанные бицепсы. Селеста сомневалась, являлась ли вязаная шапочка достаточной компенсацией одежды, но по теплой улыбке Трена нельзя было сказать, что он страдает от гипотермии.
– Привет!
– И тебе привет, милашка. Нам всем не терпелось с тобой познакомиться. – Он легонько стукнул кулаком по кулаку Джастина. – Ты сказал, что ум и характер этой девушки еще круче, чем ее красота. Тогда она должна быть самым офигенным гением в мире, а?
– Не позорь меня, братан. Но, да, так оно и есть.
Селеста почувствовала, как по спине бежит дрожь.
– Можно спросить, зачем ты заехал на поляну на грузовике?
– Потому что мой друг влюбился, как…
– Эй-эй, достаточно! – Джастин стукнул Трента по руке, а потом пояснил: – Трент работает в телефонной компании. Он нас подвезет.
Он поднял взгляд к верхушке дерева.
– Пойдем со мной.
– Не спешите, влюбленные, – проговорил Трент. Оставив стекло опущенным, он еще добавил громкость радио.
В задней части грузовика была лестница. Джастин помог Селесте взобраться, потом присоединился к ней и проводил на подвесную площадку, присоединенную к длинному стальному крану.
– Готова?
– Трудно сказать, готов ли ты к подобному опыту, но, наверное, да.
– Поднимай! – крикнул Джастин Тренту.
Площадка дернулась, и Селеста, радостно вскрикнув, вцепилась в талию Джастина.
Он рассмеялся.
– Все хорошо?
– Да! Очень-очень хорошо!
