Организатор затрясся так, словно его только что ударило током. Он сглотнул, пытаясь в уме представить такую сумму. До четырехзначных цифр обычно не доходил ни один лот. Даже невольницы заметно занервничали, чувствуя себя недооцененными. Еще бы! Их цена едва доходила до четырехсот. А тут тысяча! Я как-то не вникала во все подробности местной валютной системы, поэтому смутно представляла сколько это получается в переводе на рубли по курсу Нацбанка.
– Одна… т-т-тысяча золотых – раз! Од-д-дна тысяча золотых – два! Одна тысяча золотых – три… – стучал зубами «парик», поднимая молоток вверх.
Я с ужасом поняла, что, несмотря на мои ожидания и старания, извращенец все же нашелся. Мне стало явно не смешно, ведь я опоздаю на кастинг, о котором говорила русалка, и моя эпопея с похудением затянется надолго…
– Ай-я! Продано! – заорал «парик», ударив себе молотком по пальцам, а потом спешно добавил: – Продано за одну тысячу золотых! Аукцион окончен. Всем покупателям просьба оплатить покупку в кассе. Помните, что кредитная линия закрыта, поэтому просим вносить наличные. Покупки в долг не даем, рассрочку не предлагайте. Всего хорошего! До новых встреч!
У меня промелькнула слабая надежда, что у моего покупателя внезапно не окажется на руках такой суммы денег. А вдруг он просто пошутил? Но два бугая взяли меня под руки и поволокли мое тело в сторону выхода, словно пьяную школьницу, обделавшую весь ночной клуб после ящика «Яги».
– Пустите ее, – сказал мой новый хозяин, поправляя маску. – Она прекрасно может идти сама. В карету! Быстро!
Я увидела карету, которая была припаркована у входа, и поспешила в нее забраться.
Всю дорогу мы ехали молча, а я пыталась разглядеть своего нового хозяина. Он был невысокого роста, на полголовы выше меня. Худощавый, с длинными темными волосами. Лица под маской я не видела, поэтому судить о его внешности не могла. Мы проехали достаточно долго, а потом мой хозяин дал сигнал остановить карету и предложил мне выйти.
Я вышла, ощущая морской ветерок на своем разгоряченном лице. Такого поворота событий я явно не ожидала.
– Туда… – скомандовал мой спутник, указывая на пустой пляж.
– Э? Прямо здесь? – выдавила я, чувствуя, что лучше бы он имел в виду утопление, чем то, о чем я подумала в первую очередь.
– Садись…
Я присела. Он сел рядом, достал бутылку какого-то пойла и протянул ее мне.
– Я не пью… – выдохнула я. – Когда я пью, то начинаю буянить… И вообще… Зачем мы остановились? Вы же не топить меня собрались? Или, не дай вам бог, насиловать?
В этот момент мой хозяин поперхнулся, а потом, откашлявшись, спросил:
– Какой сейчас айфон?
И тут у меня наступил ступор. Если честно, то я не знала ответа на этот вопрос. Вроде бы седьмой, но я как-то не вникала.
– Хорошо, какая серия видеокарты nVidia? – Мой новый хозяин сделал глоток и сунул бутылку мне в руку.
– Уже трехсотая пошла, – выдохнула я. – Правда, дрова лагают на десятке. Обещали сделать нормальные дрова, но я их еще не пробовала.
Мы помолчали.
– И как тебе этот мир? – спросил он, нарушая тишину.
– Да как сказать? Многие вещи мне кажутся знакомыми… Вы тоже сюда попали случайно? – поинтересовалась я, немного расслабляясь. Мне протянули бутылку, и я отхлебнула. У-у-у-у! Мерзава!
– Анапа, 2006 год. Поехал отдыхать с друзьями. Нализался как свинья и полез в воду. Хоть не утонул… – пояснил мой хозяин, забирая мою бутылку и делая большой глоток. – С тех пор почти не пью. Да и некогда… Но тогда напился в хлам… Прожил два года с одной мадемуазелью… Думал, женюсь… Не судьба. Появляется она как-то на пороге и собирает вещи. Я сначала не понял, в чем дело, а она мне заявляет, что между нами все кончено и она выходит замуж. Видите ли, встретила, наконец, свое счастье. А счастье, как выяснилось, имело тугой кошелек, красивую машину и кучу связей. Денег и власти ей, видите ли, не хватало. Вот и переметнулась. Из одной теплой постельки в другую. Я тогда зарабатывал неплохо, ремонт начал делать, на свадьбу деньги отложил, а ей все мало было. И вот, прикинь, звонит мне она на второй день свадьбы и говорит: «Приезжай, муж в командировку умотал за границу!» Вот тогда я ее послал в первый раз. Потом она мне еще раз пять звонила, прощения просила, рассказывая мне, какой я замечательный друг… Как выяснилось, муж у нее явно не подарок, а характер у него отвратительный. И она его до судорог боится, но готова терпеть унижения, лишь бы деньги были. На все готова была. Вспомню, аж самому противно.
– А! Прикольно… – протянула я, доставая свой телефон. Чужие переживания мне были явно неинтересны.
«Волна бежит на этот берег, волна бежит и что-то бредит…» – пропела совесть словами группы «Сплин». Я даже расслабилась.
– А зачем вы меня купили? – спросила я, делая еще глоток. Нет, ну действительно дрянь редкостная. Я про пойло, а не про этого щедрого и сердобольного человека с разбитым сердцем.
– Я – представитель тайной организации «Фонд помощи попаданцам». Не слышала о такой? – спросил меня мой таинственный собеседник.
