Когда речь шла об императоре, то я сразу представляла себе толстенького коротышку в треуголке. Немного покопавшись в памяти, я вспомнила еще одного достойного представителя императорской профессии – Гая Калигулу, который страсть как любил «зажигать». Но еще более зажигательным императором в прямом смысле этого слова был товарищ Нерон. Хотите быть такой же эрудированной, как я? Сканворды в помощь!
Вроде бы и ехали мы совсем немного, но даже эти минуты показались мне вечностью. Я не выдержала и обратилась к Джио, который достал зеркальце и стал поправлять прическу.
– Извините, пожалуйста, за нескромный вопрос… Я понимаю, что моя фигура очень далека от совершенства… Или совершенство очень далеко от моей фигуры… А вокальные данные оставляют желать лучшего… Как можно победить в конкурсе, если у меня ничего нет? Вот что я хотела спросить… – поинтересовалась я, чувствуя, что зря все это затеяла. Иногда в последний момент меня начинает глодать червячок сомнения, и я готова отказаться от любой идеи, которая еще пять минут назад казалась мне верхом гениальности.
– Ты говоришь, у тебя ничего нет? Ты ошибаешься. У тебя есть я. И хорошие связи… – загадочно сказал орк, растирая свалявшиеся в комочки розовые тени на глазах. – Знаешь, сколько талантов проходили через мои руки? Они приходили ко мне безголосые, тупые, некрасивые, а выходили звездами имперского масштаба…
– Намек понятен. Но я не хочу быть звездой имперского масштаба. Я хочу выиграть конкурс, и все. На этом моя сольная карьера должна окончиться раз и навсегда! – я решила посвятить Джио в свои планы заранее, чтобы не рассчитывал, что я буду потом еще лет пять гастролировать по городам, селам и деревням с концертами, как это делают в нашем мире победители разных талант-шоу.
– Как тебе объяснить, моя дорогая… Империовидение – это не просто конкурс. Нет. Это политическая акция. Каждая провинция империи выставляет своего участника. Ты знаешь, почему в позапрошлом году победили орки-людоеды? А все потому, что они собирались поднимать мятеж. Они привыкли воевать. А теперь воевать не с кем, ибо уже завоеваны по самое не могу. Работать они не хотят. Видите ли, это слишком низко для настоящего воина. Живут они за счет дотаций из имперского бюджета. И тут им стало скучно. И они решили попробовать поднять бунт. А тут как раз Империовидение. Они побеждают, счастливы до безумия, готовятся к следующему конкурсу. Тем более что следующий конкурс будет проходить у них. Целый год они заняты общественно полезным трудом. К ним обычно никто не ездит по вполне понятным причинам, а тут придется принимать гостей и показывать себя во всей красе, вот и вынуждены они были заняться приготовлениями. В итоге все обошлось, – сказал Джио.
– Но ведь вы же тоже орк… И у вас есть работа… – тихо сказала я, понимая, что сейчас разговор затронет очень опасную тему. Мое любопытство всегда побеждало инстинкт самосохранения.
– Я еще и вегетарианец! – заметил Джио, ничуть не смущаясь. – Меня вырастила семья эльфов. Поэтому в душе я эльф. Понимаешь, дети у эльфов рождаются редко, а мои родители очень хотели иметь детей… А тут подвернулся ваш покорный слуга.
– Понятно… – выдохнула я. – А почему эльфы не побеждают?
– Как тебе объяснить? Эльфы не представляют собой угрозу для империи… Эльфы – эгоисты по определению. Они всегда ищут легкий путь. Война – это слишком сложно и грязно для возвышенной эльфийской души.
– А как же показательные сражения между орками и эльфами? – спросила я, вспоминая бабушку-эльфийку. Интересно, она уже овдовела или нет?
– Это для того, чтобы снять напряжение. Орки хотят показать искусство войны, эльфы тоже не прочь продемонстрировать свои умения. В итоге это просто игра, где каждый старается быть на высоте. Вроде бы и война, а вроде бы и без серьезного кровопролития. Посчитали синяки и ссадины и разошлись. Наш император очень умный человек. Пусть многие его действия кажутся непонятными, но у каждого его шага есть определенный смысл, – пояснил Джио и тут же прибавил: – Иначе бы он не удержался на троне.
– А кто судит конкурс? – спросила я, задумываясь над словами оркоэльфа.
– Судьи представлены всеми расами, обитающими в этом мире. Эльфы, гномы, орки, люди, огры. По одному представителю от каждой диаспоры, – ответил мне мой гламурный спутник.
– А как же русалки, драконы? – спросила я, немного удивляясь.
– С русалками у нас не все гладко… Они слишком капризны и обособленны. Единственный вменяемый представитель русалок – Сафира. Русалки не вмешиваются в нашу политику. И требуют, чтобы и в их личные дела «сухопутные» не совали свой нос. Они вроде бы как и входят в состав империи, но имперские законы на них не распространяются. Что касается драконов. Драконы – это тоже особый случай. С ними очень сложно работать… – вздохнул Джио.
– Послушайте, а Голодные игры у вас тут случайно не проводятся? – невинным голосом спросила я, представляя себя на месте Китнисс Эвердин. Могу и лицом отсвечивать с афиши. Но вряд ли возьмут. Игры тогда придется переименовывать.
