А сам спокойно вышел на открытое место и не спеша, как-то плавно двинулся от машины к машине, словно специально подставляясь под пулю. Игорь заметил, что в разных местах колонны так же не спеша "прогуливаются" несколько человек и спросил:
- Кто-нибудь понимает, что они делают?! А вдруг кто из духов остался? Они же мишени!
Серега ответил:
- Сдается мне, они этого и выпрашивают, чтоб по ним стреляли, а не по солдатам. Проверяют, есть ли наверху кто. Ты посмотри, это же все офицеры! Хотя, ты глянь, как Леонид идет, словно кот по льду. Такое чувство, что он расплывается в прицеле, хоть и движется вроде не торопясь... Когда только так выучился, он же минометчик?
Включился взводный:
- Здесь, похоже, все быстро учатся. Или обучился, или в ящик п других вариантов нет... А Леня давно уже не минометчик. Он теперь разведчик, а по совместительству диверсант и еще колонны старшим охранения водит. Смотрите, все - машет, пошли проверять своих.
В их группе все были живы-здоровы, только одному, гранатометчику Сашке, острыми как бритва осколками камня здорово посекло левую половину лица, но он отшучивался:
- Стреляю-то я с правой, так что левый глаз мне можно смело замотать или даже выбить, все равно не нужен.
Почти все бурно обсуждали прошедшую перестрелку, у каждого через край выплескивались эмоции: кто что видел, кто в кого попал. Сказалась выучка не бывавшие до этого в открытом бою ребята не задумываясь сделали свое солдатское дело - отбились от врага и остались живы. В те радостно-восторженные минуты никого не посещали мысли об убийстве человека и каждый считал, что его совесть чиста. Вернулся Леонид:
- Все целы? Молодцы, погранцы! Проверку на вшивость и самостоятельность прошли легко и просто, другого от вас и не ждал. Башку не потеряли, первое дело в этом дерьме. Поздравляю с крещением. Только вот патронов жжете много, но это не беда, со всеми поначалу бывает. По всей колонне пятеро раненых, ничего страшного, вертушки заберут. Плохо, что все "трехсотые" - водители, так что давай, орлы, нужны два человека, кто тяжелой техникой управлять может.
Первый бой, первая кровь, первые убитые на счету и совести - однажды все бывает в первый раз... Двум неразлучным друзьям пришлось пройти через все это довольно быстро: короткий срок командировки и пули врага не оставляли места для лишних раздумий и ошибок, а предварительная войсковая подготовка выбила желание поразмыслить над тем, что предстоит сделать. Все основывалось на простейших истинах: убей, или убьют тебя и прикрой соседа он прикроет тебя.
Месяц службы пролетел быстро - дел хватало. Однажды к отдыхающим после сопровождения колонны ребятам подошел Леонид и без вступления предложил:
- Хотите перейти ко мне в группу? Мне позарез два "фарщика" нужны для ночных рейдов и засад, а вы двое, говорят, лучшие. К тому же хороший гитарист нам не помешает. В деле со стрельбой я вас видел, проверять лишний раз не буду, да и Андрей лучшие рекомендации дает. Слыхал, что вы мастера спорта; если тест по рукопашке сегодня пройдете - возьму.
Серега поднялся и заявил:
-Я первый, а Игорь только через два дня сможет, потому как я тебя так отделаю, что раньше у тебя не получится его проверять.
Старлей посмеялся и все пошли во двор. Положенные три минуты поединка друзья выдержали с блеском и действительно серьезно намяли бока Леониду, к его великой радости. Так ребят приняли в новую семью. Старшина группы, улыбчивый прапорщик Байтимиров, выдал им кроссовки взамен сапог, прокомментировав:
- В сапогах - без ноги, в ботинках - без ступни, в кроссовках - без пальцев. Я имею ввиду мины. Добро пожаловать в элиту!
Разведчики были освобождены от караулов, но все свободное время у них было занято учебой. Тактика действий в составе самостоятельных маленьких групп, организация засад, стрельба, минно-взрывная подготовка, изучение иностранного оружия, языка противника, рукопашный бой с оружием и без, техника метания всевозможных предметов, от ножа до монеты. И рейды, рейды, рейды... На вертолетах и машинах, но чаще пешком, навьюченные, как верблюды, оружием, патронами и прочим жизненно важным грузом. Прочесы кишлаков и "зеленки", бесконечные засады в любую погоду, часто по нескольку суток сидения на скалах в ожидании каравана или банды, и часто бестолку. Новым для друзей было многое, в том числе и то, что некоторые в их новой группе верят в Бога, и командир этому совсем не препятствует. Привыкли и к этому, руководствуясь словами Леонида: "Человек такая скотина - ко всему привыкает". Группе везло, за три месяца они отправили в Союз только двоих раненых и никто не погиб. Командир каким-то шестым чувством угадывал засады, мины и умело обходил опасные места. Список маленьких побед все пополнялся. Уже никто не считал, сколько мин они сняли, сколько единиц оружия и килограммов наркотиков перехватили, сколько машин и огневых точек противника уничтожили, на сколько укрепрайонов навели авиацию.