- Говно ты, а не оператор! Ты, сука такая, только что проспал налет японской авиации на Хабаровск! Понял? Лежать!
- Товарищ прапорщик...
- Пятьдесят отжиманий, боец!
Сержант начал торопливо отжиматься, а прапорщик уселся в кресло, отхлебнул из сотой, кажется, кружки кофе за последнюю неделю и молчаливо уставился в круглый экран...
***
Музыка внезапно оборвалась. Люди на танцполе "Зажигалки" продолжали дергаться еще несколько секунд, когда во внезапно наступившей тишине раздался хриплый голос усталого лейтенанта:
- Приготовить документы! И не дергаться там! Военная милиция...
Девки завизжали, когда их пацанов, оторопевших от испуга, начали заламывать и обыскивать здоровенные парни в камуфляжах.
Один отдыхающих вдруг дернулся под захватом и заорал тонким голосом:
- Вы не имеете права! Я буду жаловаться! У меня папа...
Удар прикладом по спине превратил крик в хрип. Рот заклеили пластырем.
В кармане двадцатилетнего "мальчика" нашли пакет с аккуратно расфасованными "дозами" белого порошка. Указ о ужесточении - бла-бла-бла и все такое! - зачитывать не стали. Просто вывели на улицу, затащили за угол... Короткие выстрелы.
Комендантский час в Чите еще не закончился.
***
- Что за станция такая, Бологое иль...
- А хрен его знает. Километр какой-то.
- Какой?
- Не помню. Твои как? Угомонились?
- Вроде. Правда, все туалеты заблевали.
- У меня тоже. И сигареты все расстреляли. У тебя есть?
- На.
Два проводника из соседних вагонов с трудом закурили на промозглом байкальском ветру.
- Хорошо, что девок на рейс не поставили... - вздохнул пожилой.
- Это да, - ответил второй, не менее пожилой. - А то эти им покоя бы не дали.
- Ну а как? На войну все же едут!
***
Он чмокнул ее в щеку как обычно. Жена сонно повернулась к нему теплым телом и приобняла за шею.
- А тебя точно не заберут?
- Из возраста вышел, - улыбнулся он и кольнул ее жесткими усами. - Спи давай, мне на рейс пора.
Она чмокнула его в ответ и снова уснула.
А он пошел на кухню, поставил чайник и включил телевизор на минимальную громкость.
"Передаем последние известия... " - шепнул ему телевизор, когда он куснул бутерброд с колбасой и захлебнул его горячим чаем.
"По официальным данным немецко-фашистские войска продолжают свое наступление в направление Киева, однако... "
Киев... Мать у него из Киева была. Эвакуировались в Прошлую Войну в Красноярск, да так здесь и остались. Мать - на кладбище, а он вот водителем пассажирского автобуса в ПАТП...
***
"Прикольно! Видел? "
"Ахха! "
"Не, чотко он ему вломил! Башня сразу отвалилась! "
"Кульно, ваще! Слышь. Ты новости зырил? "
"Не, а чо там? "
"Фрицы Вильнюс взяли, по телику трындят"
"Блин, у меня родаки спят, четыре утра же"
"Дебил, зайди на сайт тивишников"
"Ща... "
Пятнадцатилетний мальчишка оторвался от аськи, щелкнул пару раз мышкой и воткнулся красноглазым взглядом в дергающееся изображение интернет-версии канала новостей. Да. Завтра в школу, ой то есть уже давно - сегодня, но... Какая может быть школа, когда тут такая движуха вовсю? Пацан, не отводя взгляда от монитора, потряс пустую банку и ловким движением кинул ее в форточку. Потом осторожным движением, не глядя, достал еще одну "Ягу" из рюкзака. Прислушался? Не... Родаки спят. Банка зашипела и комнату вновь наполнил густой сладкий запах.
"А чо такое Вилнюсь? "
"Это Румыния, кажется" - ответил неслышимый собеседник.
"А это где? "
"Завтра спроси у географички"
"Гыгыгы! "
И ржущий смайлик...
***
Грохот в железные двери разбудил сторожа детского сада. Он подскочил и, прихрамывая, поперся открывать их.
- Спишь, Виталич? Всю войну проспишь! Товар принимай! - Ильшат нетерпеливо стучал по ноге железным крюком для подтаскивания ящиков с молоком, ряженкой и прочим кефиром.
- Я свою уже выспал, - буркнул Виталич. - Привез?
- Привез, привез. Держи накладную.
- Сначала товар, Ильшат.
- Как скажешь!
Вот уже три года этот диалог Ильшат и Виталич вели по утрам. Когда Виталича жена из дома выгнала, он в этот детский сад и устроился. Сторожем, ага. А с протезом, вместо ноги, больше никуда и не брали. Виталичу свезло - сторожем он работал еще и в музее народного образования. Там было хорошо - по утрам не привозили молоко детишкам, и можно было спать до семи. Днем он шатался по улицам Уфы, а вечером опять шагал на работу. И так три года. Нога, потерянная в Чечне, в девяносто пятом, все болела. Пенсию забирала жена, да и пусть с ней. Ну, хоть не бомж!
- Слышь, Ильшат, а что там в новостях говорят?
- Разное, - уклончиво ответил шофер. - Я, Виталич, сегодня в военкомат иду. Повестка пришла. Ты накладную давай.
Виталич долго смотрел вслед фургонному "Газику". Смотрел, курил, молчал, молчал, курил, смотрел...
***
- Богородица Дево Мати! Христа ради! Не пущай ты иродов к нам! Хватит ужо!
Пелагея перекрестилась, поклонилась трижды перед иконой земным поклоном, потом уже вышла из избы.
