- О "советах" мы с вами поговорим позднее. Я хочу сразу объяснить вам сложившуюся ситуацию: вне зависимости от существующего в России (искорка надежды в глазах диверсанта), да, именно в России, режима, гитлеровская Германия воспринимается гражданами страны, вне зависимости от их политических пристрастий, в качестве врага, а вы... вы встали на сторону этого врага для того, чтобы участвовать в нападении на страну, которая является вашей Родиной. - Избранную мною линию поведения продолжил Андрей. В "злого" и "доброго" играть не будем - смысла нет, к таким трюкам его готовили, возможно, не только в Абвере, но и эээ... пораньше, все-таки генштабистом представляется.
- Но позвольте! Как вы можете видеть врага во мне - человеке, который уже двадцать лет прилагал и прилагает все усилия к тому, чтобы ликвидировать большевизм? Если у вас это получилось сделать внутри страны, не нужно забывать о тех, кто потратил свою жизнь на то, чтобы создать вам внешние условия для достижения цели. Мы, пусть разными путями, делали одно и то же дело. Может быть, вы мне не доверяете? У вас тут есть хотя бы один комиссар? Освободите меня, дайте мне пистолет, и я вам докажу, что заслуживаю полного доверия новых российских властей. Раз большевизм свергнут, между Германией и Россией не может быть каких-либо разногласий, настолько значимых, чтобы был смысл продолжать войну, а мое звание в германской армии только поможет установить контакт с властями Рейха. Пусть я всего лишь гауптман, но меня лично знает адмирал, и не только адмирал - я знаком со многими деятелями партии. Поймите же, наконец, что, удерживая меня, вы тратите драгоценное время.
- Комиссар, говорите? Есть, как не быть. Называется, правда, по-другому - заместитель командира части по работе с личным составом, но - есть.
- Что?! Вы хотите сказать, что в вашем полку среди офицеров есть правоверный большевик и он еще жив?
- Андрей, ты не в курсе политических предпочтений местного замполита?
- Абсолютно нет, меня они как-то не интересуют. Кстати, я на последних выборах голосовал за коммунистов - "ЕдРо" или эсэры меня как-то не вдохновили, а Жирика я после известной тебе истории терпеть не могу.
- Объясните, что здесь происходит? Кто вы такие? О чем, черт возьми, вы вообще тут говорите? Как может быть, чтобы большевики терпели трехцветный флаг?
- Да они не только трехцветный флаг терпят, у нас и орлы (хихикнув про себя - все равно вилки для снимания с ушей лапши у него нет, и не предвидится) вместо звезд - в Кремле на башнях стоят. А коммунисты - коммунисты заседают в парламенте на Охотном ряду вместе с теми, кого вы бы назвали кадетами или, скажем, обновленцами. Часть коммунистов, кстати, исповедует взгляды, близкие к взглядам Союза Михаила Архангела.
- Слава тебе, господи, - были бы у Суховеева свободны руки - наверное, он бы истово перекрестился, - почему же тогда вы обращаетесь со мной, как с врагом?
- Видите ли, в чем дело, гражданин Суховеев. Мы обращаемся с вами в полном соответствии с вашим статусом - вы и есть для нас враг.
- Но почему?
- Смотри, Андрей - он еще спрашивает. Неужели не доходит?
- Гражданин Суховеев, мы морально осуждаем тех же большевиков за то, что в борьбе с существовавшим режимом они не брезговали пользоваться помощью внешнего врага. Следовательно, с таким же основанием мы осуждаем и вас - тех, кто считал, что использует внешнего врага для свержения большевизма, хотя на самом деле это внешний враг использует вас.
- Простите, госп... гражданин следователь, не соблаговолите ли разъяснить мне, что означают эти звезды, - Суховеев кивнул в сторону полковничьих погон Андрей, - признаться, я подумал было, что принятые у вас чины соответствуют тому, что было в мое время, однако сейчас вижу, что я несколько ошибся в своих предположениях.
- Эти звезды говорят о моем классном чине в прокуратуре, гражданин Суховеев. Этот чин - "старший советник юстиции" - эквивалентен званию полковника в армии.
- Вы из прокуратуры? Удивительно. Я полагал, что буду иметь удовольствие общаться с офицерами контрразведки.
- Офицеры контрразведки, хотя по аналогии, они скорее являются офицерами известного вам корпуса жандармов, возглавляли группу, которая задержала вас и частично ликвидировала ваших подчиненных.
- Группу? А, вы о нижних чинах...
- Между прочим, каждый из этих, как вы выразились, "нижних чинов" - студент не менее чем третьего курса университета, добровольно вступивший в армию после нападения Германии.
- Студенты? Добровольно? Да вы смеетесь надо мной, господа, положительно - просто смеетесь. Такое было возможно в Германии периода Великой войны, но уж никак не в России. Наши студиозы от века были озабочены тем, чтобы гадить существующей власти любыми доступными им способами.
- Не "господа", а "граждане следователи", не забывайтесь. Боец! - Андрей позвал стоявшего снаружи "старослужащего" - кто-то из нас придумал студентам это погоняло, обыграв личность их командира. Старый, когда услышал, чуть от смеха не загнулся - хорошо, говорит, что кульками или пакетами не назвали.
