Время для нас с Андреем тянулось очень медленно. Все-таки было как-то не по себе оттого, что опера, Саня и даже его малолетние охламоны поехали туда, откуда кто-то из них может не вернуться, а мы - два взрослых мужика - остались на базе, в тепле, уюте и полной безопасности. Пытались себя заставить пойти пообщаться с Отто, но душа почему-то не лежала. Пытались заняться делом - нас хватило на то, чтобы вернуть на место звездочки, выдранные еще перед Крысаничами, и пришпандорить шевроны при помощи клея "Момент", обнаруженного в ящике стола вместе с другими канцелярскими принадлежностями - офицерской линейкой, курвиметром (извиняюсь, не я такое название придумал), набором цветных карандашей и блокнотами. То ли кто-то забыл, то ли спецом для "крючков" держат. Покурили. Выпили кофе. Еще покурили. В конце концов, утомившись выкуривать одну сигарету за другой и поглощать растворимый кофе чашку за чашкой, мы разбрелись по комнатам. Я лег на диван, включил телевизор и... уснул. Да, банально уснул. Особенность организма такая - кофе, а тем более - растворимый кофе, на меня почему-то действует похлеще любого снотворного. Проснулся внезапно - снился какой-то дикий кошмар, и в течение пары минут не мог понять, кто я, где я и зачем этот гад поливает на меня из чайника.
- Ну, ты и спать! - Андрей кинул мне полотенце, висевшее на спинке кровати. - Вставайте, граф, вас ждут великие дела. Дежурный звонил, наши вернулись.
- Фррр, - только и смог сказать я в ответ, вытирая с лица остатки воды. Мало того, что майка - хоть выжимай, так еще и покрывало, на которое я улегся, не раздеваясь, только сняв куртку, было мокрым насквозь. - Ты соображаешь вообще, что делаешь?
- А по-другому не получалось. Я тебе и кричал, и уши тер, и за ногу дергал - ты что-то буркнешь в ответ, на другой бок повернешься и дальше массу давишь.
- Садист. Что у наших?
- Пока не знаю, дежурный тоже не в курсе был, так что поднимайся, одевайся и потопали - они у КПП разгружаются.
Дойти до КПП мы не успели. Навстречу нам уже двигала сладкая парочка - Вова и Игорь. Как-то они за последние дни спелись, к чему бы это?
- Ну что?
- Все в норме, как доктор прописал. Немцев захомутали, девочка - цела, папа ее - не совсем цел, конечно, но жить будет, его уже перевязывают.
- Наши все целы?
- Наши-то? Почти. Не считая того, что Грине, похоже, нос сломали. А "не наши" - не все. Перетренировал Саня своих, перетренировал. Они немецкую группу прикрытия к себе метров на 15 подпустили - и с десяти стволов в упор. Мясо.
- А кто Гришу-то так сумел?
- О! Ключевой вопрос! Это их бугор его приласкал - он чуть дальше в лесу сел, и когда наш "фейерверк" сработал, ему не сильно досталось, короче, когда стали немцев собирать и укладывать, он очухался. Гриша как раз над ним наклонился, ну и получил - тот ему головой - прямо по сопатке. Гриша, конечно, его повязал, но как приехали - сразу в санчасть, лед прикладывать.
- А с радистом как прошло?
- Середина на половину. Алекс с ним по-немецки минут десять разговаривал, а потом - бац - выстрел. Мы ломанулись, а он уже готов. Застрелился, короче. Из "ТТ" прямо в висок. Алекс переживает сильно - не смог убедить. Но этот-то, который командир их - ну фрукт, чистый фрукт. Сейчас такой концерт на КПП закатил - любо-дорого посмотреть, - ответил уже Игорь.
- Какой концерт?
- Он, пока мы обратно ехали, ругался, на чем свет - "быдло большевистское, твари, хамы" и так далее. Остальные - приличные люди, лежат в отключке в кунге на полу, а этот - ну не замолкает. Саню это достало, он ему пинка отвесил - заткнись, говорит, надоел. А тот - еще больше разоряется, матом - да так, знаешь, виртуозно, что студенты ржать стали. Тут у Старого терпение лопнуло, он ему слегка двинул - тот вырубился. Приехали, из машины стали вытаскивать - здесь уже, на КПП, он очухался, флаг трехцветный увидел, в осадок выпал, глаза таращит, что-то сказать силится, а тут к КПП, как на грех, дежурный по части подвалил - в погонах. Этот демон от нас вырвался, к дежурному бросился - пытается с ним в десны жахаться, орет, "я знал, я знал". Дежурный от него шарахнулся - видать, решил, что педерасты атакуют, а тот - за ним, так и пытается ему засос поставить. Неудобно, конечно, в наручниках-то, но - пытается. Потом остановился и этак властно, дежурному: "господин штабс-капитан, извольте приказать вашим нижним чинам меня немедленно освободить". А дежурный капитан, услышал, что его в "штабные" записали, стоит - слова сказать не может. Видимо, думает, что мы каких-то психов из лесу притаранили. Словом, взяли мы этого клоуна - и в любимый каземат. Сейчас его там прикуют, как следует, чтобы не быковал - и он в вашем распоряжении. А мы - спать, сил больше нету.
