Разговаривали, рискуя своими языками. Хорошая, европейская такая дорога была напрочь разбита гусеницами тяжелой техники и снарядами. Поэтому я так и не понял, насколько мягкая подвеска у этого самого "Тигра". Пространство вот хорошее внутри. Можно жить, не снимая квартиры. Унитаза только не хватает. Хотя если вон в том углу дырку в полу сделать и шторкой отгородить...
- Приехали! Оружие всем оставить в машине!
М-да... Как-то я без ствола уже голым себя чувствую.
Хлопнула тяжелая дверь. Нас уже ждали.
Какой-то "херр-официр" с двумя "викингами" за спиной. Ну и нас пятеро, не считая водилы, который остался внутри автомобиля. Я огляделся. Разбитые дома, дымящиеся развалины, небо в дымке...
Херр очень быстро, но очень цепко осмотрел нас, потом завистливо скользнул взглядом по "Тигру" и загавкал по-своему. Очкастый лейтенант вполголоса забормотал:
- Он интересуется - почему нас так много?
- Скажи немцу, у русских принято сначала представляться! Полковник Самарцев, представитель штаба Прибалтийского фронта. Со мной переводчик и трое журналистов.
И лихо приложил ладонь к козырьку.
-Товарищ полковник, это господин оберст Юрген фон Кречмёр. С ним тоже переводчик.
Не, ну настоящий ганс! Вылитый! Лицо длинное, узкое. Тощий, высокий. Кожа да кости! И морда такая... Высокомерная. Истинный ариец.
- Германское командование группы армий "Вильнюс", - начал переводить наш лейтенант, - вынуждено сообщить господину Шаманову, что мы требуем прекращения боевых действий.
У меня аж глаза на лоб полезли. Требуют они. Сидят в окружении и требуют. Совсем оборзели, блин. Наш полковник тоже удивился, но смолчал, дожидаясь окончания немецкого лая.
- Германское командование объявило войну ныне уже не существующей державе, а именно Советскому Союзу. В связи с небольшим недоразумением, мы вошли на территорию Республики Литва. После переговоров с правительством этого государства мы хотели бы покинуть территорию Литвы без осложнений со стороны войск Российской Федерации, нарушивших договор о границах от 27 марта 2007 года и вторгнувшихся на земли суверенного государства. Иначе, мы вынуждены будем применить силу.
Охренеть! Наш полковник аж кепи назад сдвинул от изумления. Немец же бесстрастно разглядывал нас по очереди. Коз-з-зел, блин... Интересно, на что они надеются? Впрочем, как только европейцев в мягкое место петух клюет, так они сразу в крючкотворство ударяются.
Я машинально сделал шаг назад. А полковник достал мобилу из кармана. Потыкал в кнопки и, буркнув очкастому мамлею - "Переводи", - принялся громко разговаривать со штабом. По лицу немца опять скользнула гримаса зависти. Очень быстрая. Почти незаметная.
-Так точно, товарищ генерал-лейтенант! Требуют коридора до границы и вывода наших войск! Так точно! Есть передать! Хер в задницу до пищевода, а не до границы! Это не переводи пока! - шепнул он мимо трубки. - Так точно! Есть! Разрешите выполнять?
-Херр оберст... - ухмыльнулся полковник Самарцев. - Мы поняли ваши требования, но не можем их выполнить. Нам необходимо обсудить этот вопрос с военным и политическим руководством страны. К сожалению, мои полномочия распространяются только на согласование условий полной и безоговорочной капитуляции вашей окруженной группировки. Честь имею!
Самарцев лихо щелкнул каблуками и развернулся. Оберст в ответ тоже было поднял руку к фуражке, но не успел... Потому как его башка внезапно разлетелась в кровавые клочья! Мир замер на мгновение... И взорвался огнем. Сразу со всех сторон. Я только и успел прыгнуть рыбкой с обочины. А потом куда-то пополз на карачках. Вот же ж... Какая млять этого фрица шлепнула?
Я попытался оглядеться, но вместо этого ткнулся мордой в жидкую грязь кювета. Со всех сторон, кажется, стреляли, что-то взрывалось, обдавая меня вонючим дымом взрывчатки и шматками земли. Грохот стоял такой, что я сам себя не слышал. Ни мат, ни молитвы, ни вопли "Мама-а-а!".
Фиг его знает. Сколько прошло времени. Я не засекал. Только когда голову чуть приподнял, увидел дыру дренажной трубы, шедшей под дорожным полотном. Вот я как бросился туда! В трубе оказался не один. Два моих раздолбая там уже сидели. Фил бережно прятал на груди свою "фаллическую дуру", а Марлен вытирал кровь с лица. Над нами же... Впрочем, и под нами и вокруг нас тряслась земля.
-Ранен? - заорал я Марлену.
-А? - проорал он мне в ответ.
-Куда ранен, говорю! - срывая голос, крикнул я снова.
Вместо ответа, он махнул рукой и показал мне мой нетбук. Бывший. Потому как экрана у него больше не было. Только какие-то обломки стекла хищно торчали по периметру бывшего монитора. А ведь в кредит я его брал...
Потом Марлен дрожащей рукой достал из кармана свою мобилу. Бывшую мобилу. Из нее торчала отливающая желтой смертью пуля.
-Сиди спокойно! - крикнул Фил. И резко вытащил из левой скулы шефа длинный кусок экранного стекла моего нетбука.
Ну что же мы такие дураки-то? А?
Из всего оружия только фотик Фила, да клавиши моего мелкого компа. Все осталось или на базе, или в "Тигре". Стоп! Машинка же у нас бронированная? Так?
