- Обязательно брошу. Я уже присматриваю себе никотиновые пластыри. Но, ты ведь знаешь, от всякой вредной привычки стоит избавляться постепенно.
- Разумеется, – девушка, успокоившись, кивнула и направилась к зданию. Я же, перестав улыбаться, вытащил сигареты и закурил. Ага, конечно, размечалась. Буду я из-за тебя бросать курить.
Я заметил, как Джон глядел на меня через прозрачную витрину кафе. Я дружелюбно улыбнулся ему, но парень, никак не отреагировав, исчез из моего поля зрения. Скользкий он. Подозрительный. Не нравится мне, и все тут.
Я докурил сигарету, бросил ее в урну и торопливо направился в здание. Перерыв почти кончился.
Остаток рабочего дня тянулся медленно и скучно. Я переделал все свои дела, и уже просто изображал бурную деятельность, перекладывая бумаги и копаясь в компьютере. Ближе к вечеру ко мне подошел Лаки.
- Ренси, дружище, – начал он. – Извини, но не мог бы ты мою работу доделать?
- А что такое? – поинтересовался я. Лаки смущенно хмыкнул:
- Да хочу свалить пораньше. Меня ждет одна милая красотка...
- И это не Мелинда, – с ухмылкой продолжил я. Лаки рассмеялся:
- Проницателен, как всегда! Верно, не Мелинда. И, чтобы она не узнала, хочу встретиться с той красоткой в рабочее время... Ренси, дружище, ну чего тебе стоит! – перешел он на просящий тон. – Ты сам говорил, что живешь один, значит, никто не будет орать, если задержишься.
Я задумчиво кивнул. И то верно. Рэй уже наверняка напился и дрыхнет, или шляется по подворотням в поисках перед кем бы встать раком.
- Ладно, – решился я. – Тащи сюда свою работу!
Лаки просиял и, хлопнув меня по плечу, в одно мгновение опустил мне на стол... здоровенную кипу бумаг. Твою мать, да тут работы часа на четыре! Он что, вообще сегодня ничего не делал??
- Буду должен пиво! – заговорщически подмигнул Лаки и убежал. Я, через силу улыбнувшись, кивнул ему вслед и принялся за дело. До конца рабочего дня оставалось меньше двух часов. Опять задержусь. Ну, зато, надеюсь, получу больше.
Через два часа все ушли, остался только я да еще парочка трудоголиков. Моника, погладив меня по плечу на прощание, да шепотом пожелав удачи, тоже убежала. Я, раздраженный донельзя, пытался разобраться в документах и приписках Лаки, словно куриной лапой написанных. Работа грозилась затянуться.
Чуть позже ушли и остальные. Зашаркала по полу швабра уборщицы, почти весь свет в офисе приглушили. Я с облегчением заполнил последний бланк и с хрустом потянулся. Спина затекла... Ну и денёк. Я навел порядок на своем столе, положил бумаги обратно к Лаки, и направился домой.
На ресепшен уже сидел другой охранник, сменивший Чарли. Он безразлично скользнул по мне взглядом, когда я устало прошел мимо него, и снова уткнулся в телефон.
Я вышел из здания и ускорил шаг. Успеваю ли на последний троллейбус?? Успеваю! Я бросился к остановке и на ходу запрыгнул в салон. Уже устроившись на сиденье, я вытащил наушники и водрузил их на голову. Отлично. Я прикрыл глаза, слушая успокаивающие меня тяжелые аккорды.
Через полчаса я стоял перед домом. Я поднялся по лестнице и вставил ключ в замок. Он щелкнул. Или Рэя нет дома, или дрыхнет... Я вошел и споткнулся о чужие ботинки, брошенные в прихожей. Нахмурившись, я прислушался. Из комнаты брата раздавались приглушенные дверью стоны. Настроение мгновенно испортилось. Ублюдок, я же сказал ему не водить сюда своих “клиентов”! Не маскируясь, я снял куртку, громко швырнул свои ботинки на полку и прошел в свою комнату. Избавившись от рабочей одежды, я натянул футболку и шорты, со злостью прислушиваясь к происходящему за стеной. Сейчас бы ворваться туда, выпинать этого козла из квартиры, а Рэю хорошенько начистить морду, чтоб неповадно было! Но, боюсь, если я туда зайду, меня вывернет от омерзения.
Я пошёл на кухню и включил телевизор. Заглянул в холодильник. На полке стояла тарелка, накрытая крышкой от сковороды. Под мутным стеклом угадывалось сероватое пюре и котлета. На крышке была прикреплена бумажка, на которой кривым почерком брата было написано: “Твоё. Разогрей.” Я сунул тарелку в старую микроволновку и начал ждать, краем уха слушая бормотание телевизора, удачно заглушающее ненавистные мне стоны.
Когда микроволновка звякнула, я услышал, как дверь в комнату брата открылась. В прихожей раздался шорох, как будто кто-то одевался, и тихий голос брата. Ухо уловило шелест купюр. Я брезгливо поморщился.
Входная дверь хлопнула, оставляя нас вдвоем. На кухню вошел Рэй, виновато опустивший глаза. Я, пристально глядя на него, отправил в рот порцию пюре.
- Привет, Кей, – робко подал голос брат. – Как работа?
- Я тебя, вроде бы предупреждал, – спокойно сказал я, но внутри все дрожало от злости. – Никаких гомиков в квартире.
- Извини, я думал, ты сегодня ночуешь у своей девушки, – начал оправдываться Рэй. – Ты долго не возвращался, и я...
- Решил развлечься? – закончил я не предвещающим ничего хорошего тоном. Рэй нахмурился и замолчал.
