В центре пентакля вспыхнуло холодное пламя, из которого раздалось свирепое рычание. Наконец, глазам Рамира предстало уродливое чудовище. Демон был ростом со взрослого человека и невероятно худ. Его вытянутую вперед морду украшали огромные и светящиеся, как ночные фонари, глаза, под тонкими губами угадывались очертания мощных клыков. Кожа твари была кое-где покрыта клочками свалявшейся шерсти. Каждая из его длинных тонких ручек заканчивалась восьмипалой кистью, сейчас все пальцы жадно тянулись в сторону Рамира:
– Дай! - потребовал демон.
Брезгливо усмехнувшись, колдун швырнул ему мертвое тельце голубя. В одну секунду расправившись с подачкой, демон снова протянул хилую лапку:
– Дай!
– Я знаю твое имя, и твоя душа принадлежит мне, Шраххан! - произнес Рамир ритуальную фразу, протянув перед собой руку с выставленной вперед ладонью.
Демон изумленно воззрился на него, пытаясь осознать происходящее. Он настороженно рыкнул на дерзкого человека, но тотчас же схватился за шею: рука колдуна, сжавшись в угрожающем жесте, причинила ему боль.
– Хватит, я понял, повелитель! - взмолился демон, - Что тебе угодно?
Рамир помедлил лишнюю секунду, наслаждаясь своей властью над чудовищем, затем нехотя разжал пальцы и произнес:
– Мне угодно, чтобы ты, Шраххан, вдохнул свою силу в мой философский камень.
– Но я не могу, повелитель!
Рамир расхохотался и наотмашь рубанул ладонью по воздуху. Демон взвыл и схватился за плечо, на котором появилась кровавая рана.
– Пощади, о повелитель!
– Так ты согласен вдохнуть силу в этот сосуд? - спросил колдун, указывая на реторту, в которой томилось зелье для философского камня.
– Не могу, прости меня!
Рамир нанес демону еще несколько болезненных ударов, действуя, впрочем, достаточно осторожно, дабы не лишить чудовище сил. Шраххан выл, молил о пощаде, извивался, проклинал своего мучителя, но так и не согласился помочь в приготовлении философского камня. Наконец, измученный и окровавленный, он рухнул в центр пентакля и прорычал:
– Повелитель, но вдохнуть жизнь в философский камень мне просто не под силу!
– Как это? - недоверчиво переспросил Рамир, на миг опустив руки.
– Я - демон среднего уровня, я могу исполнять некоторые желания, убивать, наводить порчу, создавать недолговечные иллюзии. Но создать философский камень я не могу!
Рамир не ожидал такого поворота событий. Ни в одной книге по алхимии не было написано, что для окончательного созревания философского камня нужен демон, об этом он узнал, еще будучи ребенком, от Зуливана. Старый волшебник как-то проговорился своему ученику, о чем потом сам же сожалел. В книге по демонологии были описаны ритуалы только для вызова демонов низшего и среднего уровней, и Рамир искренне полагал, что силы Шраххана хватит. Однако, похоже, задача усложнялась. Он спросил:
– Тогда кто может это сделать?
– Не знаю, повелитель! - быстро ответил демон.
– Знаешь! Отвечай, или…
Рамир сделал движение, как будто что-то стряхнул с пальцев. Демон заверещал: он ощутил, что в его кожу как будто воткнулись тысячи иголок. Пытки продолжались, но Шраххан, видимо, предпочитал смерть от боли расправе своего неведомого собрата. Когда Рамир уже отчаялся вырвать у демона хоть какие-нибудь сведения, и принялся обдумывать, убить ли его, или все-таки оставить в живых, Шраххан вдруг произнес:
– Хорошо, я расскажу тебе… Но ты должен поклясться, что сохранишь мне жизнь.
– Клянусь, - тут же ответил Рамир.
– Есть всего семь демонов высшего уровня, имена всех мне неведомы.
– Назови те, что знаешь.
– Я знаю два. Ваах - он сеет мор от болезней, и Джара - мать голода.
– Как их вызывать?
– Прости, повелитель, но этого я не знаю.
Рамир недоверчиво посмотрел на Шраххана, тот съежился в ожидании новых мук, но упорно стоял на своем:
– Я не знаю, как вызывать их!
– Ладно, я тебе поверю, - нехотя процедил Рамир, - А сейчас ты можешь идти.
Он взмахнул рукой, отпуская демона, но тот неожиданно запротестовал:
– Как же, повелитель, но ты ведь обещал сохранить мне жизнь!
– А я что делаю? - изумился колдун.
– Но я не могу теперь вернуться в свой мир, меня ждет там неминуемая смерть - ведь я выдал имена высших демонов!
– Что же мне с тобой делать?
– Оставь меня здесь.
– Ну уж нет, ты слишком уродлив даже для моих глаз, - возмутился Рамир.
– Я могу обратиться в кого угодно! - демон сделал неуловимое движение пальцами, и вот уже в центре пентакля стоял огромный черный кот.
– Только не это! - воскликнул Рамир, вспомнив Зуливанова любимца.
– Тогда вот… - демон превратился в красивую черноволосую девушку.
– Это как-то отвлекает.
– Ну, может быть, так? - перед Рамиром возникла большая собака.
– Нет, я придумал! - воскликнул колдун, - Ты превратишься в ребенка!
– Как скажешь, повелитель.
Собака исчезла, на ее месте возникла хорошенькая белокурая девочка лет пяти, одетая в белое платьице. Голубые глаза малютки невинно взирали на Рамира, в ручках она сжимала тряпичную куклу.
– Отлично! - одобрил Рамир.
– Тогда выпусти меня, - тонким голоском потребовал ребенок.
– Хитрый! Выпусти… А ты меня ночью сожрешь, так?
