Счастье мое, увы, длилось не долго. Не успел я расслабиться в объятьях сэмпая, не успел окончательно свихнуться от удовольствия и личной Хиросимы в глубинах черепной коробки, не успел поверить в искренность Зуо, как тот, отстранившись от меня после долгого поцелуя, брезгливо вытер рот тыльной стороной ладони и тихо произнес:
— Понравилось? — я лишь сдержанно кивнул, дожидаясь подвоха. Дождался на свою голову!
— Тогда беги.
— Бежать? Куда? — не понял я. Вроде бы не глупый малый, а туплю, как блондинка у мусоропровода!
— А куда бы ты побежал, грози тебе смертельная опасность?
— К тебе, — ответил я сходу.
— А если смертельная опасность исходила бы от меня? — продолжал задавать наводящие вопросы сэмпай.
— Ох, Зуо, ты и выдумщик! — отмахнулся я. — Что за фантазии?! Это же… Это же фантазии? — запоздало соображая, с надеждой поинтересовался я.
— Дам тебе фору. Сосчитаю до ста, а потом…
— А потом? — почти пропищал я, уже поднявшись на ноги и активно пятясь от любви всей моей жизни.
— А потом, Уеба, я позабочусь о том, чтобы песок с моих ботинок захрустел у тебя на зубах.
— Захрустел чем? Поп корном? Надеюсь, соленым. Сладкий я не очень…
— Я УБЬЮ ТЕБЯ!
— Да за что, скажи на милость?! — возмутился я, изображая смельчака. Все бы ничего, но я продолжал пятиться к выходу.
— Если тебя так разозлил поцелуй, чего ж ты на него ответил, м? Облизал меня хлеще, чем мороженку! — язык мой — враг мой. Зуо медленно поднялся на ноги и будто бы навис надо мной даже при том, что находился от меня метрах в пяти. Я почти физически ощутил тяжесть его взгляда, под которым колени тут же начинали подкашиваться, а содержимое мочевого пузыря активно проситься наружу.
— Считаю до пятидесяти, — поменял правила игры сэмпай.
Говорить еще что-то я не рискнул, предпочтя прислушаться к чувству самосохранения хотя бы на этот раз. Зато мгновенно согрелся, ибо игры в догонялки по горным хребтам с разряженным воздухом на каблуках да по сугробам бодрят, как ничто другое. Естественно, далеко я убежать не смог. Преодолел метров двести, не больше, когда затылком почувствовал прожигающий взгляд сэмпая. Он настигал меня, и стремительно. И это при том, что брюнет даже не бежал, а просто быстро шел за мной! Я тут же возненавидел свое слабое тело с утроенной силой. Ничего, если выживу, начну заниматься спортом! Отжимания! Каждый день! По три раза. Приседания — все десять. Пресс — два подхода по три раза. Да, понимаю, нагрузка нечеловеческая, но я справлюсь с чем угодно, только бы приобрести ту физическую форму, которая позволила бы мне результативно убегать от Зуо. К сожалению, мысли о переменах в будущем не могли помочь мне в изменении настоящего. А оно не сулило ничего хорошего. Сэмпай легко сбил меня с ног, склонился надо мной — запыхавшимся и растрёпанным — и приготовился к качественному мордобою. Не на шутку перепугавшись, я сперва приготовился реветь, затем, передумав, вспомнил о гордости и настроился биться до последнего, но, в конце концов, пришел к выводу, что лучше всего поклясться Зуо в вечном раболепии и смиренно принять от него дар в виде удара кулака. Но все мои мысли резко оборвались, когда я заметил движение за спиной Зуо.
— Не хочу отвлекать тебя от любимого дела, а именно: от избиения хрупкой, ни в чем не повинной девушки, — выпалил я нервно, — но за твоей спиной только что что-то пробежало.
— Ага, конечно, — сэмпай воспринял мои слова с легким скептицизмом.
— Я серьезно! — искренне оскорбился я. — Если бы я действительно хотел отвлечь твое внимание, я бы не стал называть это нечто «чем-то там»! У меня фантазия работает куда лучше, клянусь!
— Не сомневаюсь.
— Поэтому, пожелай я пошутить, я бы придумал что-то более правдоподобное: атаку клонов, межгалактическую катастрофу или… — заговорил я, уже полностью проникшийся собственными идеями. Зуо восторга моего по этому поводу не выражал. Он просто всматривался мне в глаза, заставляя меня бледнеть, краснеть и таять, но не замолкать.
Видимо поняв, что я говорю серьезно, сэмпай медленно поднялся на ноги и осторожно огляделся по сторонам. Гримасу раздражения на его лице сменила сосредоточенность. Не заметив, как напрягся сэмпай, я бодренько вскочил со снега и взялся вытряхивать его из труднодоступных мест.
— Не. Шевелись, — отрывисто проговорил Зуо, еле заметно кивая вбок. Только теперь я присмотрелся к окружающей местности и далеко не сразу, но разглядел наших преследователей. Ими оказалась волчья стая. Бело-серые, сливающиеся с лесом, волки поглядывали на нас проницательными глазами цвета янтаря.
— Ух ты, зверушки… — протянул я, тут же позабыв и о снеге в труднодоступных местах, и об остальных проблемах вселенского масштаба.
— Да. Зверушки, — еле слышно процедил сквозь зубы Зуо. — Не делай резких движений.
— Легко сказать, — я разнервничался сильнее прежнего. — Да и толку-то? Мы уже и так перед ними нашевелились всласть! — еле слышно прошептал я сквозь плотно сжатые зубы. Я что есть мочи изображал из себя статую, но колени предательски дрожали.
