— Зато я, Жизель, никому не позволяю называть себя пупсиком… даже тебе… поэтому, как только…
— Ах! Зуочка! Зуочик! Зуопусик! — пробасил голосок и тут же добавил тише, — бля, имя-то какое дерьмовое, никакого уменьшительно-ласкательного не придумать… Зайчик! Зайчик мой… как давно я хотела с тобой повидаться! — с этими словами из-за ширмы вышла обладательница столь «соблазнительных» окороков. Жизель была очень… большой женщиной, мало того что очень высокой Жизель выше Зуо, а у Зуо рост — 185, так еще и толстой.
«200? 220?» — начал в уме прикидывать парень ее вес, одновременно обдумывая, сможет ли он выжить, если на него упадет такая туша.
Несмотря на свою полноту и рост, Жизель была одной из самых искусных убийц Серебра, о ее ловкости и грациозности, которые она раньше демонстрировала на заданиях, ходили настоящие легенды. Хотя еще больше легенд ходило о ее любви к красному цвету. Эта любовь проявлялась во всем. У Жизель были огненно-красные длинные, доходящие ей почти до поясницы завивающиеся волосы, в любой одежде преобладал красный цвет, и даже пистолет был сделан на заказ и выкрашен в алый. Сегодня же на женщине был ярко-красный полупрозрачный пеньюар, длинные волосы были собраны в конский хвост на затылке, из которого торчала красная роза.
— Ну что, Зайка мой, готов ли ты к тому, чему я сегодня тебя научу? — почти промурлыкала женщина и начала медленно подходить к кровати по узенькой дорожке пола, свободной от свеч, покачивая внушительными бедрами.
— Ох… Жизель, ты как всегда напориста как танк…
— А ты так красив, что мои трусики уже мокрые, — томно почти прошептала женщина, забираясь на кровать и начиная медленно-медленно подползать к Зуо, а парень всеми силами, насколько ему позволяло его положение, пытался от нее отползать.
«Попрошу без подробностей» — мысленно почти взвыл Зуо, но вслух лишь выдавил:
— Ты настолько хотела меня, что даже натравила на меня своих убийц? — хмыкнул парень, саркастически приподнимая одну бровь.
— Ах, ради такого лакомого кусочка я бы не пожалела ни денег, ни сил… Но ты, Зуо, такой скромный!
— Я, Жизель, не скромный…просто не привык спать с женщинами, которые старше меня втрое.
Женщина тут же посерела.
— Что за глупости ты говоришь, Зуочка! — воскликнула она, но ее голос предательски дрогнул.
— То и говорю, что с бабушками не сплю, — не унимался парень.
— Откуда ты знаешь?! — ну да, на вид даже при всей ее полноте никто бы не дал Серебряной королеве больше тридцати, на деле же ей было больше шестидесяти.
— Хм… да так… есть у меня свои связи, — с улыбкой настоящего подонка протянул Зуо, не отводя взгляда от женщины.
— Ты думаешь меня этим шантажировать? — конечно же, возраст, возможно, раньше ничего и не значил, но не в XXIII веке. Одно дело, вести дела пусть и с очень толстой, но все же молодой женщиной, совсем другое — со старухой, омолодившейся внешне, но никак не внутренне. Дело в том, что в XXIII веке вспыхнула очередная страшная неизлечимая болезнь. Она поражала мозг, причем лишь у людей старше шестидесяти. Болезнь, на первой стадии вызывая немногочисленные галлюцинации, паранойю, панику, со временем делала человека почти неадекватным, приводила к слабоумию, проще говоря, сводила с ума и доводила до суицида. Страшной болезнь была не только из-за того, что приводила к неминуемой неестественной смерти, но еще из-за того, что заболевали ей девяносто шесть процентов шестидесятилетнего населения, к тому же узнать, болен ли человек, также возможности не было, не говоря уже о том, что никто не мог определить ни природы болезни, ни тем более вакцины от нее. Таким образом, возраст Жизель делал ее статус очень и очень шатким, а каждое слово было бы лишено доверия, узнай кто-нибудь о том, что ей больше шестидесяти лет.
— Я? Думаю? Шантажировать? — Зуо расхохотался, — Я Уже шантажирую… нет, скорее даже предупреждаю… Я знаю, что ваша мафиозная плеяда хочет меня уничтожить… так вот, Жизель… ты, не какая-нибудь шестерка, а именно ты будешь рассказывать мне обо всем, что задумала эта кучка идиотов, ясно?!
— Зуо, малыш, — женщина медленно и неуклюже встала с кровати и, цокая каблуками, прошлась к дальней тумбочке, — А тебе не кажется, что ты сейчас не в том положении, чтобы диктовать свои условия? Только не говори, что если умрешь, все сразу узнают о моем возрасте… о нет, ты слишком недоверчив… ты никому бы не доверил данную информацию…
— Ты права, — ухмыльнулся Зуо, но не успел он договорить, как Жизель подлетела к кровати и воткнула ему в шею шприц с какой-то прозрачной жидкостью.
— Знаешь, что это? — победно заулыбалась женщина, бросая шприц на пол.
— Виагра? — предположил Зуо, ничуть не испугавшись, — боюсь, даже она не поможет. С тобой, Жизель, только импотентом становиться, — зло улыбался он.
