— А не пошел бы ты на ху… В жопу, — раздраженно бросил Зуо, явно не зная как отвечать Тери, ведь любую кинутую в его сторону фразу тот разворачивал в свою пользу.
— Эх, Зуо-Зуо, это тебе уже давно пора одним местом в жопу, хочешь, намекну в какую?
— А-ХУ-еть, — закрывая глаза и явно стараясь абстрагироваться от внешних раздражителей, процедил сквозь зубы сэмпай.
— Ну, хорошо… — вздохнул Силлети, начиная понимать, что сеанс сорван и продолжать, по сути смысла нет, — Что ж… времени осталось не так много, — протянул врач, смотря на часы, — а у нас еще осталась наша игра.
— Да! Точно! Давайте! — обрадовался Тери.
— Что еще за игра? Очередной изврат?
— Ну… В какой-то степени, — пожал Тери плечами, — вообще-то ее смысл мне до сих пор не понятен, и как в нее выиграть, я тоже не понимаю, ведь нельзя дать четыре ответа на три вопроса, а психолог говорит, что он задает четыре вопроса, но один я, почему-то всегда… Короче, сам увидишь!
— Та-а-ак, первый вопрос: Тери, как тебя зовут?
Вопрос мог показаться странным, если не абсурдным, если бы не одно «но». В 60% Тери называл себя Лисом, в 39% утверждал, что у него нет имени вовсе, и только в одном проценте по непонятным для Силлети причинам он говорил…
— Тери! Мое имя Тери, вы ведь только что его сами и назвали!
— Хм… Хорошо… А как зовут твою мать?
— Элизабет.
— Чего ты боялся в детстве?
— Внезапно оказаться девочкой…
— Оказаться девочкой? — такой вариант ответа Силлети слышал впервые, — а почему ты думал, что с тобой может такое произойти?
— Ну-у-у, меня все путали с девочкой, и Мифи как-то сказала, что если так пойдет и дальше, то мой член скукожится и отвалится и я стану девочкой.
— Мне все больше хочется познакомиться с этой твоей Мифи, — хмыкнул Зуо.
— Обойдешься! Тебе меня мало? Псина!
— Чего?
— То есть кобель!
— Тери, не отвлекайся! — старался все еще контролировать ситуацию Силлети, — а теперь внимание, последний вопрос, — предупредил он, — Тери, ты часто думаешь о Джонни?
Появившееся было ликование на лице парня, сменилось сначала удивлением, затем он начал беззвучно шевелить губами, словно рыба под водой и наконец… Глаза его стали стеклянными, он начал бормотать себе под нос какую-то белиберду, то улыбаясь, то начиная хныкать как маленький.
— Что с ним? — встревожился Зуо, было потянувшийся к подростку, но Силлети его остановил:
— Сам бы хотел знать, что с ним происходит… одно лишь знаю точно: трогать его не надо, сейчас он сам придет в себя, — и действительно, через пару секунд Тери стал самим собой:
— Внезапно оказаться девочкой, — пожал он плечами.
— Че «внезапно оказаться девочкой»? — не понял Зуо.
— Ну, психолог же спросил, чего я боялся в детстве, вот и отвечаю.
— Но потом он задал тебе еще один вопрос…
— Разве? Ничего не задавал, ты что-то путаешь! А еще потом говоришь, что это я курю всякую дрянь, на себя посмотри! — начал возмущаться сероглазый, — Ну так что? Каков четвертый вопрос?
— Зуо прав, я задал все четыре… И ты снова проиграл, — грустно улыбнулся Силлети.
— Как? Опять? — как ни странно, но Тери, кажется, слегка расстроился.
— Ничего, в следующий раз ты точно выиграешь, — заверил своего пациента психолог, сам не веря в свои слова, — ну, а сейчас время сеанса подошло к концу, когда мне тебя ждать в следующий раз?
— Из-за Отбора мне придется пропустить еще одну нашу встречу, так что только на следующей неделе, — пробормотал Тери, вставая с кушетки и понуро шагая к выходу, — меня вот всегда интересовало, и как вы умудряетесь каждый раз задавать разные вопросы?!
Психолог на это лишь пожал плечами. В действительности за все годы, что он играл с Тери в эту игру, ни один вопрос изменен не был.
— Эй, кто такой Джонни? — тем временем послышался голос Зуо за закрывающейся дверью. И в голосе этом прослеживался плохо скрытый оттенок ревности.
— Джонни? — переспросил Тери, — понятия не имею!
====== Отступление... ======
встреча с первым сэмпаем
— Аа-а-а!!! Сегодня наш первый отбор! Я так волнуюсь — так волнуюсь!!! А ты? Тери, ты волнуешься? — Мифи буквально не могла усидеть на стуле, постоянно вертелась, то и дело дергая меня то за рукав, то за воротник. Складывалось впечатление, словно в одном загадочном месте у моей подруги внезапно заработал турбо-двигатель, и она, не справляясь с его мощностью, не может полностью контролировать свое тело. В ответ на ее возгласы, вздохи, визги и ахи, я лишь что-то бубнил себе под нос, совсем не разделяя ее восторга по поводу отбора. Ну что за тупость? Целую неделю быть прикованным непонятно к кому!
— Не будь занудой! Разве это не здорово?! — не успокаивалась Мифи.
— Ничего здорового я в этом не вижу, — холодно ответил я, — целую неделю с незнакомым мне человеком... а вдруг он окажется педофилом?
— Если и окажется, то с тобой быстро поменяет вкусы, — зло усмехнулась Мифи.
— Это почему это? Я... я красивый! — брякнул я, хотя сам так, естественно, никогда не считал. Вообще красота — понятие растяжимое.
— Ага! Краше кустов у нас во дворе, это точно!
— Дура!
— Сам дурак!
