Ян на это закатил глаза, выматерился сквозь зубы, после чего нацепил на лицо дебильную улыбку и ответил как можно учтивее:
— За спиной я прячу Рюкзак… можете убедиться, — парень развернулся к дедушке спиной и продемонстрировал черный потрепанный рюкзак с кучей цепочек и самодельных брелков. Брелки Ян делал из материнских плат и блок-схем, и ему казалось, что с ними он выглядит более чем эффектно. То, что всем окружающим порой казалось, что Ян за спиной таскает груду металлолома, его не особенно волновало.
— А где твой ключ?
А вот к этому вопросу Ян был не готов.
— Простите, что?
— Ключ? Где твой водопроводный ключ???
— Э-э-э… — Ян начал лихорадочно думать, о каком таком священном водопроводном ключе идет речь, — Ну… знаете… сегодня все водопроводные ключи вместе с водопроводным горшком и водопроводной метлой я оставил дома.
— А чем же ты будешь работать?
— Ну… — Ян вытащил из рюкзака небольшую коробочку и продемонстрировал ее содержимое. Внутри коробки был небольшой компьютер, а также пара магнитных инструментов. Ни о каких водопроводных ключах Ян ни разу и не слышал. Дедок еще какое-то время пялился на коробочку, затем дверь с грохотом захлопнулась, послышался звук снимаемой с двери кучи цепочек, после чего дверь вновь открылась и старичок дрожащей рукой дал парню понять, что разрешает ему зайти в свою обитель. Квартира была маленькая и обшарпанная, малюсенький коридорчик, маленькая комнатушка и не менее маленькая кухонька. Повсюду было пыльно и грязно, по полу были разбросаны старые банки, стояли стопки пожелтевших газет, и вся квартира была буквально пропитана запахом старости. Стараясь не обращать внимания ни на запах, ни на старика в драном халате с клюшкой, передвигающегося со скоростью шаг в минуту, Ян подключил к кухонной сети мини-компьютер, быстренько отыскал поломку, после чего залез под раковину и в ход пошли магнитные инструменты. Когда все было готово, Ян оторвал взгляд от трубы, которую чинил с помощью простых магнитных нано-машин, и уже собирался сообщить старику, что все готово. Но увиденное им заставило парня истерически взвизгнуть и из-за этого с силой удариться лбом об трубу. Перед глазами засверкали искры, но Ян быстро пришел в себя, тут же вылез из-под раковины и пополз подальше от стоявшего в это время в дверях старика. Дело в том, что дедок в то время, пока Ян ковырялся в трубе, снял свой халат, под которым оказался… черный полупрозрачный женский пеньюар с рюшками и бантиками и такие же шелковые трусики-стринги. Сказать, что эти вещи красили старика, можно было разве что с натяжкой, в пьяном бреду и с приставленном к виску пистолетом.
— Вы… вы… вы не могли бы прикрыть свои яйца, а то они у вас из трусиков вываливаются. А мое хрупкое эстетическое чувство вот-вот впадет в кому от лицезрения Этого! — необычно высоким голосом забормотал Ян.
— Вот… три мои пенсии! — полностью игнорируя слова парня, прокряхтел старик, кладя хилую «стопку» денег на стол перед собой, — Так что работай… работай…
— Пытаетесь снять меня за… пенсию? — у Яна просто слов не оставалось. Нет, конечно, у него каждый второй клиент был психом ненормальным, но озабоченный старик — это что-то новенькое, — Я… я могу подумать? — парень лихорадочно перебирал способы выбраться из квартиры. Нет, ну если совсем к стенке припрут, придется прыгать в окно. Тридцать девятый этаж — долго лететь будет, успеет просмотреть жизнь дважды.
— Работай… все хорошо, работай-работай, — засмеялся старик, со скоростью улитки передвигая ноги и делая муравьиные шаги. Но эти шаги были сделаны в сторону Яна и парня это не обрадовало. Конечно же, пока дедок преодолел бы те два метра, что между ним и парнем были, Ян мог бы десять раз оббежать кухню, поубивать всех тараканов, что обитали в квартире и написать пару книг. Но сама глупость ситуации Яна обескуражила. Он тут, значит, жмется к грязной стене, когда как на него грозно и до печального медленно надвигается дряхлый старичок в пеньюаре на два размера меньше, с ниткой бус на шее и клюшкой в руках. Стало как-то не по себе и даже жаль старичка, но все же… не отдаваться же ему теперь из-за жалости?
Или может…
«Ну не-е-е-ет!» — Ян подавил в себе болезненный гуманизм, взял себя в руки, поднялся с грязного пола и, посмотрев на старика сверху вниз и попробовав сымитировать взгляд и тон Зуо, грозно провозгласил:
— Оденьтесь и идите спать… когда я все сделаю, я сам закрою за собой дверь, мои услуги бесплатны, — но Ян был все же не Зуо. И изобразить друга парню, кажется, не получилось так, как тому хотелось, ибо на грозный приказ послышалось:
— Иди ко мне, мой сладенький! Я люблю горячих молоденьких мальчиков с характером! Конечно, я рассчитывал на кого-то постарше и поопытнее, но и ты сойдешь.
После такого Ян не выдержал и, снова став Яном, с воплем «Ебануться, жизнь!» умудрился каким-то образом оббежать старика, при этом успев схватить свой рюкзак и коробочку, и вылететь из комнаты прежде, чем его настигла страшная кара.
