— От извращенца слышу, — ухмыльнулся Ян, целуя теперь тонкую щиколотку котенка. Глоу в ответ начал тихо мурчать, как могут только кошки. Но лишь язык Яна скользнул от щиколотки к пятке мальчика, тот недовольно вздрогнул и фыркнул, резко отдернул ногу, из-за этого потерял равновесие и полностью скрылся под водой и плавающей на ней пеной. Правда, почти сразу котенок шумно вынырнул и начал комично сдувать с носа пену и почесывать уши, в которые, кажется, попала вода.
— Совсем больной? Щекотно же, — недовольно забормотал Глоу, начиная невольно бить толстым леопардовым хвостом под водой и тем самым создавая волны в ванной, которая уже успела вновь набраться до краев и теперь грозилась окатить своим содержимым Яна повторно.
— Извини, — с блаженной улыбкой на лице пробормотал Ян, в этот самый момент терзаемой одной единственной мыслью «Какой же Глоу ми-и-илашка!»
— Хватит лыбиться, меня это раздражает! — начал злиться Глоу, притягивая колени к груди и обнимая их. Но Ян его не слышал, он все еще был в оковах размышлений о миловидности его котенка и очнулся лишь после того, как Глоу в приступе раздражения царапнул парня по тыльной стороне ладони, тем самым возвращая Яна в реальность.
— А? Извини, я задумался, — спохватился парень, с явной паникой хватаясь то за шампунь, то за мыло, то ставя все это на пол и хватая мочалку. Глоу, наблюдая подобный цирк, лишь презрительно фыркнул:
— Влюбленный придурок.
Ян вздрогнул, а затем застыл, так и не донеся мыло до мочалки, дабы взмылить ее.
— Звучит как упрек, — холодно произнес он.
— Он и есть, — ядовито заметил Глоу, беря желтую утку в зубы и начиная ее беспощадно грызть.
— Отлично… — Ян медленно встал с колен, аккуратно положил мыло и мочалку на место, затем так же невозмутимо поставил шампунь на место в проржавевший ящик и направился к двери. Все это время Глоу усиленно грыз утку, естественно, краем глаза наблюдая за каждым движением Яна.
— Тупая кошка, — сухо бросил парень, и уже вышел было из ванны, но столкнулся с ярко-желтыми кошачьими глазами, не мигая смотрящими на него с неким вызовом и упреком.
— Поэтому-то ты и не можешь заменить Зуо, — протянул котенок. Слова для Яна были посильнее пощечины. Эта маленькая дрянь снова пыталась изводить парня. Глоу явно получал ненормальное удовольствие, раз за разом причиняя Яну боль. Сколько уже раз он Якобы давал парню шанс, а потом махал ему хвостом, бросая на прощание что-то вроде «И все-таки быть с тобой я не хочу». И это было не раз и не два. Если подумать, Ян, наверное, насчитал бы уже с десяток моментов за последние два года, когда Глоу сначала спал с Яном, потом проходила пара самых счастливых для парня дней, когда котенок был ласков и мил, постоянно маячил перед глазами и нагло требовал к себе внимания, а затем… он вел себя так, как, например, сейчас в ванной, и только зародившиеся отношения вновь шли прахом.
Но любому терпению рано или поздно приходит конец.
Ян ничего говорить не стал, просто в пару шагов преодолел расстояние от двери до ванны, схватил котенка за шкирку, одним рывком вытащил его из ванны, не церемонясь поставив его на колени и навалившись сверху так, что Глоу не мог и с места сдвинуться, зло зашипел:
— О да, я не Зуо. Я не придурок, который втюрился в серое чудовище с мозгами, вывернутыми наизнанку? Ах, ты не знал? Неужели не знал? Да, наш тупорылый злобный сука Зуо въебался в свое насекомое! О да, они даже трахнулись! Что? И этого не знал? Тебя Зуо ни разу не поимел, как бы ты перед ним ни вертелся, а то чудовище трахнул с удовольствием! Так что прекращай уже грезить о Зуо, ты ему не нужен! — Глоу начал выгибаться как кошка и пробовать вырваться из мертвой хватки Яна, но получалось у него это плохо, — Никогда не был нужен и никогда нужен не будешь! Ты нужен Мне! Но я не Зуо… не Зуо, но это не значит, что я не могу делать того, что сделал бы он, поведи ты себя так перед ним, — голос Яна дрожал. По правде говоря, он и сам не мог понять, говорит ли Глоу всерьез или просто играет, дабы добиться того, что парень собирался сейчас сделать. Подозрения по этому поводу терзали Яна часто, но он никогда не решался вести себя с котенком грубо, что ж… пора было начинать.
— Отпусти меня, мрас-с-с-сь! — послышалось шипение Глоу, но Ян, до крови закусив нижнюю губу, все же решил в этот раз не отступать. Пусть это шло против его принципов и, скорее всего, если после произошедшего догадки его окажутся неверными, то затем всю жизнь Ян будет жалеть о содеянном.
«Но, в конце концов, всегда есть Зуо, который наверняка обеспечит мне яркое самоубийство. Для этого надо всего лишь поцеловать его насекомое, и все мои муки закончатся», — с этой невеселой мыслью Ян чуть приподнялся, давая немного свободы Глоу. Но лишь котенок дернулся, как одной рукой парень прижал его голову к холодному мокрому полу, а второй начал поспешно расстегивать ширинку.
— Ты не посмеешь! — тем временем послышалось кошачье шипение, — у тебя кишка тонка!
