— Сейчас я объясню вам план наших дальнейших действий. Осталось лишь дождаться… — не успеваешь ты договорить, как раздается звонок. Дурацкая песенка про гномов и эльфов режет по ушам, и ты жестом приказываешь открыть дверь. Вновь первыми реагируют близняшки, вскакивают с места, добираются до двери и даже успевают подраться за право потянуть дверную ручку. На пороге стоит Селена, человек, которому ты позвонил за пару минут до начала адаптации. В руках девушка держит тубус, в котором явно покоятся нужные вам чертежи.
— Ты быстро, — приветствуешь ты порядком запыхавшуюся девушку.
— Оу… для тебя! За такие-то деньги! Всегда, пожалуйста! — выдыхает она, проходя в дом, жестом заставляя всех присутствующих разойтись и образовать круг, в центре которого на полу девушка раскатывает белый ватман, извлеченный из тубуса. Лист, сделанный из специального сплава, идеально укладывается на пол и тут же проецирует голографическую объемную версию дома, в котором скрывается создатель ПКО-вируса, — Итак, думаю, стоит начать с…
— За дроидов можете не волноваться. Их я возьму на себя, — пообещал Ник, когда в обсуждении плана по штурму многоэтажного здания, где скрывался Создатель, возник вопрос по поводу искусственных куколок, которые обещали принести Тени немало проблем.
— Что ж… — смерил тогда Зуо парня тяжелым взглядом, а затем сказал то, что нанит ожидал услышать меньше всего, — рассчитываю на тебя, — было брошено им вскользь, но от этих слов у Ника по спине пробежали мурашки. С одной стороны, слова сквозили неприкрытой угрозой: «Не сможешь сделать то, что обещаешь, и ты покойник!», с другой — подобное проявление доверия не могло не поразить. Видеть, как группа людей, каждый из которых был явным одиночкой, под умелым управлением Шаркиса не только работают сообща, но при этом еще и не стремятся перегрызть друг другу глотки, следя за каждым движением Зуо, вслушиваясь в каждое брошенное им слово… Многие из тех, кого Ник здесь видел, были далеко не безызвестными людьми в преступном мире, которые славились своей неуправляемостью и свободолюбием. Так почему же сейчас они были здесь? Почему они поступились своей любовью к свободе и связали себе руки вступлением в группировку? Что же такое Зуо для них сделал или, быть может, пообещал, и как, черт его побери, он смог внушить им всем безграничное доверие и уважение к себе? Ведь он вспыльчивый психопат! А несдержанные люди, какими бы умными или сильными они не были, никогда особого доверия никому не внушали. Вспыльчивость — это качество, которое не подходило мафиозному боссу. Наоборот, в данном кругу ценилось непробиваемое хладнокровие.
Ответом Нику было поведение Шаркиса. Как бы удивительно это ни звучало, но сейчас Зуо вел себя иначе. На его лице покоилась непроницаемая маска не спокойствия, но холодной решимости. Он молча слушал каждого из своих подчиненных, не реагируя ни на возгласы, ни на постоянно вспыхивающие и тут же угасающие споры. Брюнет сидел в большом кресле, которое ему притащил один из его людей, и просто наблюдал, вставляя свое слово лишь тогда, когда это действительно было необходимо. Глядя на Зуо, сейчас бы вряд ли кто-то поверил, что ему плохо или больно, что он о ком-то беспокоится или куда-то спешит. Нет, конечно, это не значило, что Шаркис изображал из себя мраморную глыбу. Многие его ответы были проникнуты злобой и раздражением, которое резало по ушам и порой заставляло задерживать дыхание. Властность брюнета, непоколебимая вера в свои силы, гордыня и некое напускное пренебрежение окружающими — все это создавало неповторимый образ сильного человека, за которым действительно хотелось идти.
— …да будет так, — эта фраза ознаменовала конец переговоров и переход от «теории» к «практике». Зуо, единственный, кто все это время пребывал в положении «сидя», не без усилия поднялся с кресла и медленно направился к выходу. Все остальные последовали за ним. Уже у дверей Шаркис что-то шепнул Инфу. Тот поспешно кивнул. Неужели улица Красного Тумана все же войдет в эту банду? Уму непостижимо. И тем не менее… Наблюдая за тем, как подчиненные Зуо забираются в свои машины и на мотоциклы, Ник не мог отойти от дурмана той еле уловимой, но такой притягательной харизмы Шаркиса, которая не выпускала из своего плена, заставив взглянуть на Зуо не как на капризного мальчишку с кошмарным характером, а как на куда более серьезного, пусть порой не сдержанного человека. Человека, стремления которого были куда более масштабными, чем могло показаться на первый взгляд. Человек, который поставил перед собой цель и стремился к ней. И Нику тоже хотелось внести лепту в осуществление этой самой цели.
«Может, действительно после всей этой хреноты присоединиться к Тени?» — размышлял парень, заходя в пустой огромный особняк и без заминок направляясь прямиком в лабораторию отца. Мужчина, как всегда, был на своем рабочем месте и что-то конструировал, настолько углубившись в свою работу, что даже не заметил того, как его сын зашел в лабораторию.
