— Что? Кто? Где? А ладно… все равно я вряд ли чем-то смогу помочь, — пожал я плечами и перевел взгляд на свои ноги, которые вот уже некоторое время не чувствовал вовсе. Странно видеть часть своего тела, но не ощущать ее, пробовать пошевелить ей, но безрезультатно. Это как если бы я предположил, что у меня есть шестой невидимый палец и попытался бы пошевелить им. Эффект был бы тот же. Сквозь рваную ткань штанов проглядывались побагровевшие от крови бинты. Да! Ноги мне даже забинтовали! Но вот пули из них не вытащили. Действительно. Зачем так заморачиваться, когда можно вкатить дозу обезболивающего, и на какое-то время забыть обо мне. Как я понял, Кори собирался поболтать со мной еще какое-то время. Разговаривали мы с ним очень долго. Мне показалось, что несколько суток. Впрочем, мое восприятие времени из-за мучающей меня боли, скорее всего врало мне, и в действительности просидеть в кабинете неуловимого мстителя я мог всего пару часов. Наш разговор продолжался бы куда больше времени, если бы ни оглушительная сирена, что наполнила кабинет Кори и своим появлением дала парню понять, что что-то не так. Кори что-то пробормотал про вторжение, после чего приказал андроидам спрятать меня в этой кладовке. Мне перебинтовали ноги, вкололи лошадиную дозу обезболивающего, из-за которой я разве что говорить и мог. Тело меня не слушалось. О бегстве конечно же не могло быть речи. К тому же в месте со мной в комнате покоились все пять дроидов. Одна девушка с розовыми волосами сидела под столом и даже не высовывалась, другие четыре девушки периодически перекидывались парой слов. Трое из пяти роботов были серьезно повреждены, и только блондинка все еще работала на полную мощность.
Эх… если бы не ноги, возможно, я бы все-таки переквалифицировался в героя-мачо, вскочил на ноги и пробежал пару метров, прежде чем огреб андроидовских звездюлей. А так я даже ползать был не в состоянии. Да и обезболивающее, кажется, начинало действовать все хуже, из-за чего по моему телу волнами растекалась настырная, но пока еще терпимая боль. А что будет, когда действие обезболивающего пропадет вовсе? Я снова буду мучиться от кошмарной боли? Как быстро я умру? А ведь, наверное, я все же умру? Так ведь? Я же не главный герой. А Зуо не мой принц.
И, словно опровергая подобные мысли, дверь кладовой, не выдержав сильного удара, внезапно слетела с петель.
====== Седьмой круг Ада: 77. Кто кого... ======
«…когда вырастешь, ты обязательно все поймешь…» — написать от руки на обыкновенном листке бумаги эту коротенькую фразу оказалось куда сложнее, чем предполагал Джонни. Сначала парню пришлось изрядно попотеть, дабы вспомнить, как вообще следует держать ручку. Привыкшие к клавишам пальцы не желали слушаться своего хозяина, из-за чего приспособиться к столь непривычному предмету из прошлого Пэрроту было тяжело и получилось далеко не с первой попытки. А уж о нанесении с помощью ручки определенного текста на бумагу и говорить нечего. Как бы Джонни ни старался, буквы все равно получались кривыми и то и дело начинали скакать. Причиной этого являлся тот факт, что в техно-цивилизации год за годом все меньше значения придавали письменности. К чему уметь хорошо писать, когда везде и всюду следовало печатать? Резонный вопрос. Нет, конечно же, в мировых школах, как и в старые добрые времена, преподавали Письмо, но уделялось ему куда меньше времени, чем раньше. Кроме того, все лекции, домашнее задание и большую часть докладов и презентаций ученики делали на компьютерах. Даже в тестах и на контрольных, где зачастую использование компьютеров было запрещено, работа ручкой ограничивалась вырисовыванием кривых галочек напротив правильных, а когда и не очень правильных ответов.
Оттого к началу XXIII века население планеты настигло такое страшное наваждение как утрата способности нормально писать. Возможно, еще несколько десятилетий подобной жизни, и люди окончательно бы забыли о рукописном тексте, если бы данная проблема, в конце концов, не вылилась в одну неприятную историю. Дело в том, что после Третьей Мировой войны, когда были построены сорок четыре города, каждый из них был поистине огромен и поражал не только своими размерами, но и потребностями. В первую очередь потребностями в электроэнергии. И тогда с легкой руки группы лучших мировых ученых было собрано сорок четыре генератора, каждый из которых был способен питать целый город. Но вот в одном из населенных пунктов впервые за все время эксплуатации данного механизма, генератор внезапно вышел из строя. Более того, прежде чем прекратить работу, он выработал за одно мгновение такое количество электроэнергии, что большая часть городской электроники попросту вышла из строя. Даже не подключенные к сети приборы «сгорели». Связь с остальными городами, естественно, была полностью утрачена. Продолжали работать лишь малая часть приборов, питающихся солнечной энергией.
