Труп в туалете клуба — удивить подобным было уже невозможно. Мало того, на такие убийства обычно забивали как владельцы клубов, так и полиция. Висяк — что с него взять. Но стараясь создать видимость удержания каких-то моральных рамок, полицейские мастерски изображали бурную активность при каждом таком деле. Они фотографировали труп, затем забирали его в морг, место, где обнаружили мертвеца, оцепляли. Они даже искали улики! Но каждый, кто участвовал в подобном фарсе, прекрасно понимал, что через два дня все забудут об этом деле как о страшном сне, а улики полетят в ближайшую мусорную урну.
Так произошло и в этот раз. Найдя очередной труп в очередной кабинке туалета очередного клуба, полицейские огородили место преступления ядовито-желтой лентой и уехали. Клуб продолжил работу. Ограничительная лента так же была совсем не в новинку и давно перестала вызывать у людей нездоровый интерес. Посетители клуба, которые заходили в туалет, дабы справить нужду, умыться, расстаться с ужином, принять новую порцию наркоты или заняться сексом, даже не пытались сорвать ее и проникнуть на закрытую территорию. Все и так знали, что кроме измазанного дерьмом унитаза все равно ничего не увидят, зато позже получат огромный штраф за незаконное проникновение на место преступления.
Но сейчас в туалете никого не было, и лента висела без повреждений, но, несмотря на это, внутри огороженная кабинка не пустовала. На действительно грязном унитазе как ни в чем не бывало восседал парень с белоснежными волосами и очень бледной кожей. Наверняка если бы его кто-нибудь увидел, однозначно бы принял мальчишку за приведение.
— Опять, — в кабинке появился еще один парень с ярко-рыжей копной волос, — ты сделал это опять! — фыркнул он недовольно.
— Сделал что? — притворился дурачком седой.
— Сколько тысяч раз мне надо повторять, что мы должны Наблюдать. Наб-лю-дать! Но не влезать в историю развития мира!
— Не будь занудой, — только отмахнулся седой, поднимаясь с крышки унитаза, — между прочим, двоим в одной кабинке крайне тесно, — заметил он.
— Тебя накажут! — не мог успокоиться рыжий.
— Да, наверное.
— Не «наверное», а накажут! Ты все испортил!
— Не хочешь ли ты сказать, что я почти уничтожил этот мир? Я ведь могу и возгордиться!
— Господи, они точно накажут тебя!
— За что? Я ничего не сделал! Разве что помог одному седеющему мальчишке.
— Но он должен был умереть! Его смерть стала бы тем катализатором, который бы помог этому миру перейти на новый виток развития!
— Что же это за мир такой, который требует жертвы в виде жизни подростка, дабы развиваться дальше? Ты же тоже должен меня понять! Я не мог просто Наб-Лю-Дать! Считай это седой солидарностью! Он еще об этом не знает, но все рано поседевшие так или иначе входят в тайный клуб…
— Замолчи! Мне плевать на вашу солидарность! Но это… Это не останется незамеченным! — рыжий в бешенстве пнул ногой по стене кабинки, на которой красовались различные расшифровки ПКО-вируса, — последняя строчка — твоих рук дело!
— Не правда…
— Это твой почерк!
— Откуда ты знаешь? Может, это подделка!
— ЗНАЮ! Но, что куда страшнее, ОНИ ЗНАЮТ!
— Пофиг, — вновь улыбнулся седой, — нет ничего плохого, если этот мир просуществует еще какое-то время в этом состоянии, — упорствовал он, — А какая-то убогая надпись… разве она была так значима?
— Если бы не было надписи, тот нанит не ушел бы отсюда, он бы не спас Шаркиса, он бы не остановил андроидов, он бы…
— Как интересно, правда? — в восторге закивал седой, — ведь вся история, казалось бы, вертится вокруг двух людей, и никто даже подумать не мог, какую большую роль здесь сыграл некто третий? Ведь именно Он стал ключевой фигурой! Пешкой, которая превратилась в ферзя!
— Пусть так. Вот только не пойму, чего ты этим добился? Ведь когда как тот, кто должен был умереть, остался жить, тот, кому было предназначено жить, умер! Так в чем же смысл?
— В том, что продолжать жить должны достойные. Я ни о чем не жалею.
— Достойные? Как ты смеешь судить, кто достоин жизни, а кто нет? Ты не Бог!
— Конечно нет, иначе бы я не существовал! — бодро отозвался парень.
— Ты! ТЫ!!!
Рыжий так и не подобрав слов, которые бы наиболее ярко выразили все, что он сейчас думал о своем друге, в порыве злости пнул дверь и исчез. Седой же подошел вплотную к стенке кабинки, провел пальцем по последней расшифровке ПКО-вируса и ее не стало. Единственное доказательство Его вины было стерто.
— Вот и ладненько, — выдохнул он и тоже исчез.
====== Эпилог ======
Я всегда считал, что Конец — синоним смерти. Некоторые скажут, что я утрирую, но так ли я не прав? Когда заканчивается книга или любимый сериал, мы чувствуем скорбь, мы можем даже разреветься! И сколько бы нам не твердили о том, что книгу можно будет перечитать, а сериал — пересмотреть, легче нам становится едва ли! Так же, как если бы после смерти человека нас успокаивали тем, что он живет в наших сердцах, и подсовывали нам фотографии или видеозаписи с ним. Вот же он, смотрит на тебя с голографической фотокарточки и даже машет рукой или подмигивает.
Но это совсем не то!
