— Ну, если вы так настаиваете… — сдался Корвус.
Он отдал связку ключей Трималхиону, и большинство купальщиков пошли за чернокожим стариком забирать свои вещи. И тут заговорил один из рабов, обслуживающих котельную:
— Корвус, земля продолжает злиться, ты бы отпустил нас домой к семьям…
— Что? — возмутился хозяин терм. — С каких это пор рабы решают, что мне следует делать?
— Если вы останетесь здесь, то погибнете, — стояла на своем Лили. — Скоро Помпеи засыплет пеплом!
— А ты, — пригрозил Корвус, — если произнесешь еще хоть слово, я тебе голову снесу вот этой вот палкой. Пеплом засыплет! Больше ничего не придумала? Везувий — это обыкновенная гора, а не огненная, уж наверное мы бы знали, если бы за ней такое водилось! Вы все немедленно вернетесь на свои места и до вечера пробудете здесь!
Раб повысил голос:
— Корвус! Девчонка, похоже, права. Земля трясется, гора горит, ты должен нас отпустить! Ты ведь помнишь, что случилось с моей дочерью…
Палка со свистом рассекла воздух и ударила истопника по щеке. На коже появился фиолетовый рубец, из которого выступила кровь.
— Ксенон, Флакт, Трилций! — гаркнул Корвус. — Отведите Диомеда в теплый зал и заприте на засов. Плачу вам за это десять сестерциев![23] И с этой глупой пророчицей заодно разберитесь!
Он толкнул Лили в руки здоровенного лысого человека. Сэмюел бросился на помощь, но тут схватили и его: обещанные сестерции явно придали слугам сил.
— Мальчишку тоже заприте! Он с самого утра напрашивается!
— Град! — удивленно воскликнула хранительница белья. — С неба сыплется град!
Пытаясь вырваться из могучих рук долговязого слуги, Сэм в самом деле почувствовал, как сзади по шее что-то ударило.
— Это не град, это камни!
Дождь из камней… Маленьких, средних, побольше. В основном размером примерно с яйцо, неровных, шероховатых, серого цвета. Но, удивительным образом, довольно легких.
— Это гора, смотрите! Она выплевывает из себя камни!
Над Везувием образовалась темная шапка, которая сгущалась и двигалась в сторону города.
— Ксенон, запри этих троих. А вы, остальные, уберите камни, — приказал Корвус. — Когда всё это закончится, я хочу, чтобы двор был идеально чистым.
Диомеда, Сэмюела и Лили приволокли на женскую половину бань и бросили в тепидарий — теплый зал. Дождь из камней оглушительно колотил по крыше, но это не мешало Диомеду биться о дверь и кричать:
— Корвус, будь ты проклят! Мне надо к жене и дочери! Я должен быть там! Если с ними что-нибудь случится…
Лили нагнулась к Сэму.
— Камни, которые падают с неба, — это пемза! — объяснила она. — Они означают, что извержение уже началось! Мы в школе смотрели документальный фильм. Через несколько часов город полностью накроет пеплом!
Ну почему Лили всегда всё понимает раньше других? Особенно в том, что касается катастроф!
— Несколько часов, ты уверена?
— Может, и меньше, не знаю. Точно знаю, что жертв будет не счесть. Большинство настигнет горящая туча, упавшая с неба, — людей будто мумифицирует пеплом. Мужчин, женщин, детей! Несколько веков спустя их обнаружат в тех же позах, в каких они находились в момент смерти!
— Еще хорошие новости есть?
— Сэмми, надо выбираться отсюда, и поскорее!
— Дверь с виду прочная. И Камень нам сейчас не поможет: проход к нему закрыт на замок.
Сэмюел быстро осмотрел теплый зал: наверху было много отверстий, но добраться до них невозможно, даже если встать на плечи Диомеду. Ну а больше ничего толкового: амфоры с маслом, скребки для очищения кожи, два забытых полотенца, кочерга, несколько ламп. Стены покрывали разноцветные фрески, воспевающие радости купания, но никакого аварийного выхода предусмотрено не было. Они в ловушке, и надежды на спасение нет!
— Чума возьми этого Корвуса! — воскликнул Диомед, оборачиваясь к детям. — Хоть бы у него все его зубы повыпадали и застряли в глотке! Моя дочь слишком слаба и не сможет идти сама, а жена ее не донесет. И всё из-за него!
— Что он сделал с твоей дочерью? — спросила Лили.
— Она упала с балкона, куда он отправил ее развешивать цветы. Она была слишком мала для такой работы! С тех пор ножки ее не держат. Ей никак не уйти из города! И если твоя догадка верна, если гора и в самом деле плюется огнем…
Он взял руки Лили в свои и пригнулся, чтобы быть с ней одного роста.
— Похоже, ты знаешь, что говоришь! Ты почти такого же возраста, как моя дочь. Ты правда считаешь, что мы все умрем?
— Ну, — пробормотала Лили, мягко высвобождая ладони из его рук. — Всегда остается надежда, правда? Но, похоже, Везувий проснулся, и теперь…
Тут мощный толчок тряхнул стены, и пол под ногами закачался. Они некоторое время шатались, еле удерживаясь на ногах, и тут всё здание застонало, и где-то за стенами раздался ужасающий грохот, будто по соседству рухнул дом.
— Что это? — спросила Лили.
— Где-то в южной части здания, — ответил Диомед. — Надеюсь, это не большая водонапорная башня обрушилась.
— Есть какой-нибудь способ отсюда выбраться? — поторопил его Сэм.
— Кроме этой двери, нет. Если только не…
Истопник сделал несколько шагов, глядя себе под ноги, и вдруг указал куда-то в пол.
