Оба моих фильма провалились. «Маленькие женщины» собирали полные залы. Дон с успехом снялся в триллере. Руби Рейли получила прекрасные отзывы за «Джокеров» – ее называли «совершенной и несравненной». Я научилась делать мясной батон и гладить собственные брюки.
А потом я посмотрела «На последнем дыхании». Выйдя из кинотеатра, я направилась прямиком домой, позвонила Гарри и сказала: «
Селия уехала на три недели на съемки в район Большого Медвежьего озера. Ни поехать с ней, ни навестить на площадке я не могла; такой вариант даже не рассматривался. Она собиралась приезжать домой по уик-эндам, но это было слишком рискованно.
В конце концов, Селия была девушкой одинокой, и у коллег мог возникнуть вполне резонный вопрос:
Вот почему я решила использовать это время для поездки во Францию.
У Гарри были связи с людьми из кинобизнеса в Париже, и он тайком сделал им несколько звонков, предупредив о моем приезде.
Некоторые из тех, с кем я встретилась, меня уже знали. Некоторые согласились сделать это только из уважения к Гарри. В числе последних был Макс Жирар, энергичный и напористый режиссер, представлявший направление «новая волна» и никогда прежде обо мне не слышавший.
– Да вы
Мы сидели в тесной кабинке тихого бара в парижском районе Сен-Жермен-де-Пре. Время обеда уже миновало, а я так и не успела поесть. Макс пил белое бордо, а взяла бокал кларета.
– Звучит как комплимент. – Я попробовала вино.
– Не знаю, приходилось ли мне встречать женщину столь привлекательную. – Он говорил с таким сильным акцентом, что мне пришлось наклониться, чтобы услышать его и понять.
– Спасибо.
– Вы умеете играть?
– Лучше, чем выгляжу.
– Не может быть.
– Может.
Макс задумался.
– Хотите пройти пробу на роль?
Ради роли я согласилась бы мыть туалет.
– Если роль хороша.
Он улыбнулся.
– Роль яркая и глубокая. Звездная роль.
Я медленно кивнула. Иногда, чтобы не проявить ненужной заинтересованности, приходится сдерживать естественные эмоции и реакции.
– Пришлите мне текст, и мы поговорим. – Я допила остатки кларета и поднялась. – Сожалею, но мне нужно идти. Хорошего вечера. Будем на связи.
Разумеется, я не собиралась засиживаться в баре с мужчиной, который ничего обо мне не знал. Не хватало только, чтобы он подумал, что мне нечем больше заняться.
Идя к выходу, я чувствовала на себе его взгляд, но, собрав волю в кулак, не оглянулась, что – учитывая мое тогдашнее затруднительное положение – стоило немалых сил. Вернувшись в отель, я переоделась в пижаму, заказала ужин и включила телевизор.
Перед тем как лечь спать, я написала Селии письмо.
Я сложила листок пополам, засунула его в адресованный ей конверт, выключила свет и закрыла глаза.
Через три часа меня разбудил резкий, пронзительный звонок стоявшего на столике телефона.
Еще толком не проснувшись, я подняла трубку.
–
– Мы можем говорить на вашем языке, – раздался голос Макса. – Хотел бы узнать, будете ли вы свободны приблизительно через неделю. Я буду снимать фильм.
– Через две недели?
– Меньше чем через две. Мы снимаем в шести часах езды от Парижа. Вас устроит?
– Что насчет роли? Как долго продолжатся съемки?
– Картина называется «Boute-en-Train». Во всяком случае это ее рабочее название. Съемки продлятся две недели возле озера Анси. В остальное время съемок в вашем присутствии необходимости нет.
– Что значит «Boute-en-Train»? – Я попыталась произнести название так, как сказал он, но получилось натужно и неуклюже, и я дала себе зарок больше не пытаться. Не делайте то, в чем вы не сильны.
– Это значит жить как на вечеринке. Вы такая.
– Прожигательница жизни?
– Это как когда кто-то – сердце общества.
– И моя героиня?
– Женщина, в которую влюбляются все мужчины. Роль писали для француженки, но сегодня я решил, что ее сыграете вы. А француженку я уволю.
– Не очень-то это красиво.
– Она не вы.
Я улыбнулась, удивленная его шармом и энтузиазмом.
– Двое мужчин, оба мелкие воришки, бегут в Швейцарию, но по пути им встречается невероятной красоты женщина. Далее всех троих ждет приключение в горах. Я сейчас сижу со сценарием и пытаюсь решить, можно ли сделать так, чтобы она оказалась американкой. Думаю, это возможно. Получается даже интереснее. Какая удача встретить вас именно сейчас. Итак, вы согласны?
– Дайте подумать. – Я уже знала, что возьму эту роль. Другой мне никто не предлагал. Но торопливость и уступчивость ничего хорошего никогда не принесут.
– Конечно. Да. Вы ведь снимались обнаженной, верно?
– Нет.
– По-моему, стоило бы. Топлес. В кино.
