– Спрашивай, – еле произнёс я, наблюдая, как моя девочка плавно опускается на колени, уверенно расстёгивая пряжку ремня.
– Не сейчас. Спрошу, когда смогу рассказать о своих, – голос её дрогнул, но не от страха… Она шумно сглотнула слюну и потянула бегунок молнии ширинки, словно случайно касаясь каменного члена.
Зараза! Касалась и прятала коварную улыбку… Эта девчонка так быстро научилась наматывать мои нервы на кулак, что порой становилось страшно однажды проснуться под её каблуком. А, по хуй… Каблук, так каблук… Она упивалась реакцией моего тела, тянула за пояс джинсов и еле слышно постанывала, предвкушая одно удовольствие на двоих. Нежные влажные губки накрыли головку члена, пробегаясь горячим язычком по уздечке.
Мир треснул… Всё растворилось. Не видел, лишь ощущал! По телу пронеслась волна сжирающего пламени. Инстинкты рвались наружу, но я сдерживал себя, давая возможность моей девочке насытиться сладкой властью надо мной.
Её поцелуи были убийственными. Изводящими. Двигалась чётко, продуманно, прекрасно понимая, как действует на меня. Она – как сладкое вино, бьющее в голову с нечеловеческой силой. Её взгляд, улыбка, мягкие движения – все лупило точно в цель. Снайперша… Она определённо знала, чего хочет. А я не хотел останавливать эту игру.
– Теперь вы готовы к ужину, – выдохнула она, поднявшись на ноги. Едва касалась губ, прижималась и легко бегала подушечками пальцев по спине.
– Я уже зверски голоден…
– О! Это заметно, – Леся опустила взгляд и вспыхнула румянцем. Толкнула меня в кресло, а потом медленно сдёрнула с себя передник и опустилась на мои колени.
Чёрт… Эта девчонка даже не представляет, что со мной творит! Сжигает своей нежностью, сворачивает мою башню, заставляя кайфовать от одного лишь её вида.
– Шампанское?
– Из твоих рук – хоть яд…
– Но вы пока не сделали мне ничего плохого, – Леся нарочно вильнула бёдрами, зажмурилась, вбирая ощущения от скользящего по складочкам члена. Пытала меня, изводила и пылала сама. Ожидал чего угодно, но только не того, что она оттолкнётся от моей груди, выгибаясь назад, и в обратном движении закружит бёдрами. Наслаждалась касаниями, то усиливая давление каменного члена, то, дразня нас обоих, приподнимаясь выше. – О-о-о-ох…
Её стон был пьянее вина. Взял со стола бокал и почти залпом осушил, желая лишь затушить адское пламя.
Руки сами легли на её грудь, когда всем было понятно, что ужин не состоится…. Сжимал, пропускал торчащие соски между пальцев, меняя силу. И чем крепче сжимал, тем громче стонала она, все ускоряя свой танец. Чувствовал, как по головке растекается влага её возбуждения, наслаждался звуками, грудными вздохами, резкими выдохами.
Её тело подрагивало… На длинной шее с остервенением пульсировала венка. И этот танец безумия мне был знаком… Прижался губами, чтобы насытиться этим дьявольским ритмом, и зарычал, ощущая, как головка медленно погружается в её горячую влажную плоть. Замер… Не хотелось прекращать игру. Зачем останавливать, если можно дополнить её своими правилами?
Смахнул рукой на пол всё, что могло помешать, и резко приподнял её за задницу, усаживая прямо на стол.
– Вот так хорошо… – выдохнул, рассматривая все её прелести. Леся громко рассмеялась, но покорно поставила ступни на мои колени. Знала моя девочка… Знала, что будет хорошо, и хотела этого. Задышала часто, когда я раздвинул ноги, открывая её для себя.
Бархат кожи, по которому плясали всполохи огня… Они бликовали в её соках, подсвечивая затвердевший бугорок клитора и припухшие розовые губки.
– Моя девочка, – вновь и вновь повторял я, двигаясь поцелуями от живота к лобку. Ощущал, как напрягаются её мышцы, как дрожат ноги, видел, как белеют пальцы, сжимающие край столешницы.
– М-м-м-м-м… – захрипел, скользя языком по её плоти.
Леся взвизгнула и ещё шире развела колени. И уже непонятно, кто кого трахал… Вцепилась ногтями в мои волосы, двигая бёдрами, подстраиваясь под скольжение языка. Размашистыми движениями собирал влагу, коварно обходя стороной клитор. Слышал её рычание от досады. Но ведь она сама затеяла эту медленную пытку? Так я тоже люблю поиграть…
Протянул руку к металлическому ведёрку, в котором стояла запотевшая бутылка шампанского, схватил кубик льда и заскользил по лобку… Её шрамы потеряли ужас. Они стали родными, красивыми, любимыми… Подгонял мурашей, покрывая их холодной тающей поверхностью. Опускался всё ниже, ласкал, даря весь спектр ощущений. Холод льдинки сменялся жаром моего языка. Обвёл клитор и резко втянул его губами…
– Вадя! – в голос заорала Леся, содрогаясь в конвульсиях своего удовольствия… Она извивалась, медленно опускаясь спиной на стол. Хапала ртом воздух, стонала и ревела… Из глаз скатывались огромные капли слёз, а бёдра продолжали танцевать, ища спасительные касания языка.
