— Есть ли у вас еще что сказать нам, что могло бы пролить свет на это темное дело, майор?
— Больше ничего, ваше преосвященство. Но если хотите знать мое мнение, никто из присутствующих не мог совершить подобный поступок. Кстати, все входы в капеллу тщательно охранялись, так что это покушение — случай необъяснимый.
Кардинал лишь махнул рукой на это замечание. Затем обратился к врачу:
— Когда можно надеяться переговорить с послом?
— Не зная природу и состав вещества, было бы преждевременно обещать что-либо. Но я поставлю вас в известность, как только он будет в состоянии говорить.
Кардинал, поблагодарив, отпустил обоих мужчин, и мы остались втроем под божественными взглядами персонажей Микеланджело.
— Синьоры, — торжественно произнес Бибьена, — мы находимся на пороге опаснейших событий. За стенами Ватикана назревает бунт. Трастевере, возможно, уже бурлит. Завтра, если не состоится вынос Святого Лика и станет известно о пропаже реликвии, в городе возникнет хаос. В нашем распоряжении буквально несколько часов. Что вы обо всем этом думаете, Леонардо?
— Ваше преосвященство… Прежде всего я… я немало удивлен…
— Удивлены?
— Я имею в виду то, что посол жив.
— Это пока под вопросом. Неизвестны последствия…
— Нет, я уверен, что он выживет. Я хочу сказать: захоти убийца по-настоящему его убить, он пропитал бы стрелку смертельным ядом. Но он этого не сделал.
— Ваш вывод?
— Он не желал смерти посла.
— В таком случае почему он выбрал именно его?
— Я и сам спрашиваю себя. Мне кажется…
Он попытался погладить несуществующую бороду.
— Да, возможно, он хотел показать, на что способен… Просто и ясно… Что папа нигде не может быть в безопасности. Впрочем, поза раненого напоминает один из эпизодов гравюры Босха: некто лежит на земле, прикрыв голову рукой. Шестая жертва… Лично я сомневаюсь, что Марино Джорджо имеет к этому какое-либо отношение. Повторяю: он уже был бы мертв.
— Допустим. Но способ? Как он смог поразить мишень, не будучи в капелле?
— Да, действительно… Ему нужна была мишень. Не важно какая. А это значит…
Винчи встал на то место, где стоял посол, и огляделся. Потом внимательно рассмотрел левую стену с фреской Козимо Росселли «Переход через Красное море».
— Камни в отвратительном состоянии. Сырость разъедает их. Можно было бы почти…
Он нагнулся, поскреб камень пальцем.
— Селитра появилась…
— Ремонтные работы уже ведутся, — уточнил кардинал. — Рафаэль этим занимается.
— А что находится по ту сторону этой стены?
— Ничего. Пустота. Этот фасад выходит во внутренний двор. На высоте тридцати футов… А под нами только библиотека.
— Значит, надо искать в другом месте… Тем хуже… Леонардо продолжил изучать стену, потом прошел к алтарю, заинтересовался правой стеной.
— Окна расположены высоко, — пробормотал он. — Никто не мог долезть или спрятаться там…
Он вернулся к центру капеллы.
— Ловкач какой-то… И все же я уверен, что посла он выбрал потому, что так ему было удобнее… Потому что поразить его было легче, чем других. Либо это был один из присутствующих…
— Обыскали всех — вот что удивительно. Впрочем, слева от Джорджо никого не было. А стрела вонзилась в левую щеку…
— Согласен, ваше преосвященство…
Мэтр повернулся ко мне:
— А ты, Гвидо, что думаешь обо всем этом?
— Способ мне непонятен, как и вам. Но у меня не выходят из головы приглашение Капедиферро и его неявка на мессу.
— Верно, — подтвердил Бибьена. — Полагаю, что со стороны его святейшества это приглашение было свидетельством доверия к суперинтенданту. И тем не менее тот не воспользовался им.
— Добавлю, впрочем, что только что на площади Святого Петра произошел любопытный случай… — продолжил я. — Случай этот имеет лишь косвенное отношение к происшествию, однако совпадение поражает… Мы с мэтром видели человека, на голове которого была маска удода; человек, казалось, бежал от Ватикана, чтобы затеряться в улочках Борго. Один из полицейских сейчас преследует его.
— Маска удода объявилась! — воскликнул Бибьена.
— Злодей обнаглел от своей безнаказанности, — поддакнул я. — И вполне можно поверить, что речь идет о Капедиферро. Под предлогом приглашения на мессу он смог пройти в Сикстинскую капеллу, затем, выполнив — не знаю уж как — свою задачу, воспользовался карнавалом, чтобы удрать, прикрывшись маской.
— Какая дерзость! Есть известия от вашего полицейского?
— Не знаю… Балтазар является помощником капитана Барбери, и ему можно доверять. Впрочем, полагаю, капитана Барбери еще не успели предупредить?
— Все произошло слишком быстро. Думаю, швейцарцы уже послали за ним и он вот-вот явится.
— Хотелось бы… Считаю, нужно срочно сходить к Капедиферро и узнать: выходил ли он, вернулся ли, почему не был на мессе, чем может оправдать свое отсутствие? Если удача на нашей стороне, Балтазар уже там.
— Обвинение суперинтенданта не понравится папе. Но у меня нет выбора.
Да Винчи, похоже, закончил размышлять.
— Библиотека, ну конечно же! Ваше преосвященство, никто не опрашивал посетителей? Ведь они находятся этажом ниже и пользуются тем же входом. Кто-нибудь да заметил что-то подозрительное…
