Елизавета выпорхнула из дверей и заняла место в корпоративном автобусе, который развозил персонал до станции метро. Водитель Александр, невысокий пухлый и очень живой мужчина, пятидесяти трех лет, с густыми, тронутыми сединой усами, горячее поприветствовал ребят, окончивших вместе с Лизой смену, и завел двигатель. Маршрутное авто тронулось с места, и помчалось по асфальтированной дороге.
Лиза простилась с коллегами по работе и села в вагон метро. Здесь ее лицо принимало совсем другое выражение, похожее на то, что видел Павел. Между тонких бровей девушки пролегала складка, глаза теряли озорной блеск, и лицо принимало воинственно отчужденное выражение. Она не смотрела по сторонам, не искала глазами молодых людей и не старалась привлечь к себе внимание. Если кто-то обращал на нее взор, она в смущении отворачивалась и не смела поднимать глаз, пока изучающий в этот момент чужой взгляд, не потеряет интерес к ее облику и не найдет более занимательную особу. Лиза никогда не засыпала в дороге. Она боялась уснуть и проехать свою остановку. Потому в ее телефон было закачено обильное количество музыки на разный лад, и всю дорогу девушка слушала песни и предавалась мрачным мыслям.
Когда автобус останавливался на нужной ей остановке, она благодарила водителя, выпрыгивала из машины и добиралась до дома пешей прогулкой в течении десяти минут. Придя домой, Лиза неплотно обедала с ожидающей ее старушкой, семидесяти трех лет, и ложилась спать. Пока молодая особа высыпалась после суточной смены, тетка готовила еду, бегала на рынок или просто сидела у телевизора, работающего без звука. Она не старалась поддержать в доме тишину, и телевизор ее работал без звука отнюдь не потому, что в этот момент в соседней комнате спала внучатая племянница. Просто тетушка Лизы с самого рождения ничего не слышала, и девушке поначалу было немного трудно привыкнуть к языку жестов, на котором она позже стала свободно объясняться с Елизаветой Юрьевной, своей полной теской. Но даже если тетушка гремела посудой или хлопала дверьми по неосторожности, все же Лизу это ни в коем случае не тревожило. Она засыпала почти сразу, после того как голова ее оказывалась на подушке и спала беспробудным крепким сном, до тех пор, пока ее внутренние биологические часики не отсчитают достаточное количество времени. Только тогда веки начинали подрагивать, и сон постепенно отступал.
Лиза поднималась с кровати, приводила себя в порядок, и проводила остаток вечера с тетушкой, рассказывая ей, как прошел день, или усаживалась за компьютер, побродить по интернет сети. Некоторые выходные она проводила с подругами, отправляясь к ним в гости, или на прогулку. Больше всего она была привязана к своей однокласснице Елене, у которой был муж Роман и восьмилетний сын Кирилл. Лиза вместе с ними выезжала на пикники, гостила у них дома или присматривала за ребенком, когда подруге не с кем было его оставить.
Она действительно не знала о том, как бывает страшно перед смертью. И если жизнь ее подвергалась опасности, то от былого страха не осталось и следа. Теперь же, «Смерть» открыла на нее самый настоящий «сезон охоты».
Глава 18
В уютной, холостятской квартире, недавно построенного высоко этажного дома, на балконе в гамаке лежал Павел, и представлял себе лицо угрюмой девушки, за жизнь которой ему предстояло побороться. Он переключал свое внимание на банку пива, которую держал в правой руке, делал несколько глотков и снова уносился мыслями к тусклому образу Лизы.
