Павел впервые узнал, что его отец не уезжал в командировку, и все рассказы Дарьи оказались ложью. Она не хотела расстраивать своих детей и потому просила соседей не упоминать об инциденте, произошедшем с ее мужем. Но долго это все равно бы не могло продолжаться, потому, как язык за зубами держать могли не все. Вот и Вова однажды подслушал, как его мама перемывает косточки своей соседке и ее супругу. И ему не терпелось поделиться информацией со своими друзьями и тем, кто был ему очень ненавистен. Павел, обезумевший от злости, пихнул Вову в живот, и повалился вместе с ним на траву. Они стали кататься по земле, поочередно наваливаясь друг на друга. Крепкий Вова не упускал случая, как следует поколотить своего соперника, и в конечном итоге полностью овладел ситуацией, усевшись верхом на своем недруге. В какой-то момент в сознании Павла произошли перемены, он почувствовал силу, она наполнила его сущность, давая ощутить свое присутствие. Павел еще не знал, как управлять тем, что засело в его голове, но инстинкт не заставил долго ждать. Он завладел, полным внимаем своего соперника, поймал его насмешливый взгляд в сети своих глаз и строгим, вкрадчивым голосом сказал:
- Отпусти мои руки и слезь с меня.
Шестое чувство подсказывало ему, что его голосу будут подчиняться. Как по волшебству, Вова отпустил его и встал чуть поодаль. Ребята не сразу заметили тупой взгляд того, кто еще недавно затеял драку, но не успели они опомниться, как каждый из них стал отступать назад, не в силах противостоять своим движениям. Павел переходил от одного мальчика к другому, неустанно повторяя одни и те же слова.
- Ты, отойди назад, и ты тоже, и ты.
Когда их взгляды пересекались с глазами Павла, каждый из них забывал, кто он и где находится. В их маленьких глупых головках не было слышно ни чего, кроме повелительного тона Павла. Их разум, словно опутывал туман, они становились похожими на кукол. Никто не смел, пошевелиться или ослушаться голоса звучавшего в сознании. Павел поднялся с земли и вытер кровь с разбитой коленки. Мальчики продолжали стоять как каменные, без движений, без эмоций. Сейчас Павел мог развернуться и бежать, но вместо этого, он как будто приказал своим верным на тот момент слугам подчиняться каждому слову. Если бы кто в это время посмотрел на зеленый берег реки, то увидели они лишь глупые физиономии деток, которые в полном молчании собирают цветы. Лицо мальчика, который еще пару минут назад лежал прижатый к земле, было непроницаемым. Ни один мускул не дрожал на его лице. Его пронизывающий, незнакомый взгляд, сейчас выражал сталь. Глаза блестели новым, незнакомым ни ему, ни другим, блеском.
- Хватит и этого. Все, идите сюда и отдайте мне цветы.
Мальчики с глупыми лицами и туманными взглядами стали по одному подходить к Павлу и отдавать свой урожай. Павел прищурил глаза, крепко связал пышную копну цветов и в последний раз произнес:
- Вы будете стоять тут, пока я не скроюсь из вашего вида. Потом забудьте все, что здесь происходило.
Повернувшись, он медленным шагом направился в сторону своего дома. Когда мальчики пришли в себя, их сознание снова заработало как часики, никто и не помнил, что произошло, и как они тут очутились. Но это совсем не показалось им странным, они будто бы и не отрешались от внешнего мира, дабы подчинить свою волю повелительному голосу, о котором до тех пор никто не знал, и не узнает. Весело перескакивая через высокие кустарники растений, и распихивая друг друга в разные стороны, мальчуганы вернулись в свой двор и продолжили ребяческие игры. Только Павел, сидевший на скамье подле дома, еще долго приходил в себя. Он пытался понять, как у него получилось подчинить своими устами и глазами детский разум, заставить их делать то, что ни один из них по доброй воле не решился бы делать.
Глава 3
Вернувшись в дом, Павел стал рыться на кухне, в поисках посуды или банки, чтоб набрать в нее воды и поставить букет цветов, который он не забыл принести своей сестре. Аня сидела на кровати, хмуря золотые бровки. Завидев букетик полевых цветов, в руках Павла, Анна просияла и принялась хлопать в ладоши. До чего приятно ей было вдыхать аромат весенних цветов, и наслаждаться их красотою. Она наклонилась вперед, прикоснулась к нежным лепесткам и улыбнулась, а Павел пытался унять нарастающую дрожь, от недавних событий. Только сейчас, впиваясь глазами в сестру, мирно играющую с куклой в больницу, Павел стал осознавать происходящие с ним перемены. Еще с минуту мальчик раздумывал над своими способностями, после чего решил выложить своей сестре правду.
- Пока я рвал для тебя цветы, кое-что случилось,- начал он издалека.
Анна продолжала кутать куклу в пеленку, не отрывая глаз от своего занятия.
-Что же случилось?
- Вова снова принялся меня дразнить, и у нас завязалась драка.
Сестра посмотрела на него глазами полными сожаления и откинув одеяла приблизилась к нему. Только теперь она заметила ссадины на руках и ногах своего брата.
-Досталось тебе?
