В бесплодных надеждах и ежедневной борьбе пролетел месяц — Андрей скрупулезно отмечал каждый день царапиной на стволе поваленного дерева. За это время он успел многое: обустроил простейший лагерь с очагом, навесом и лежанкой. Смастерил примитивные орудия, из травы и веток сплел худую шляпу и сумку. Активно изучал повадки птиц и пробовал делать разнообразные силки, которые, впрочем, ему не особенно удавались. Также ему повезло найти штук двадцать «пальм» с «кокосами»: некоторые были зелеными, некоторые созрели. Они имели приятный вкус, но с ними он прилично намучился, пока не научился открывать их правильно и сохранять при этом большую часть содержимого. Еще он выяснил, что по ночам на пляж любили выползать какие-то мелкие ракообразные, похожие на длинных многоножек, покрытых чешуей. Они копались в остатках водорослей и довольно быстро бегали, но иногда они всей стаей присаживались на песок, подгибая лапы и размахивая в воздухе единственной клешней (забавное зрелище, кстати), и тогда их можно было оглушить издали длинной палкой. А еще сегодня он случайно выяснил, что в определенное место неподалеку от скалы полюбили заплывать крупные, длинной с руку, рыбешки. Они напомнили ему сомов, так же держались у дна и любили копаться в песке, зарываясь в него с головой. Одну из таких он удачно добыл утром, загарпунив гостя отточенной палкой. И хорошо, так как моллюсков он уже всех прикончил. Птицы ловились плохо, поэтому уже давно пора было задуматься о рыбалке. Эта жаренная рыба стала для него настоящим пиром. Даже без соли. Вообще, скромное, почти диетическое питание не могло на нем не отразиться. За последнее время он явно сбросил несколько килограммов, тело стало жилистым, рельефным. Хотя мышцы и до этого были достаточно развиты. По утренней прохладе до восхода солнца, он успевал несколько раз пробежать вокруг всего острова сначала по часовой стрелке, потом против. Тренировки не проходили даром — теперь в конце пробежки он даже не потел. Он добавил в программу занятий обязательные приседания, отжимания и подтягивания. Кожа покрылась плотным золотистым загаром, ступни ног вначале ныли от бесконечных походов босиком, потом затвердели и он даже перестал жалеть об отсутствии обуви.
