Лей Пин Тзинг немного подвинулась, чтобы пропустить человека, которого ни Моран, ни Баллантайн, ни Скар сначала не заметили. Это был огромный жирный китаец, на толстом лице которого еле-еле были видны нос, рот и глаза. Боб и Билл тут же узнали Хи, с которым расстались в Сингапуре, отведав самого мерзкого шум-шума в Малайзии, Китае и окрестностях…
Заметив Хи, Моран бросил друзьям:
— Дело плохо!
Дело действительно пошло неважно, поскольку Хи, указав толстым пальцем на Морана, потом потыкав в Билла и Скара, заявил:
— Это не Капет, не О’Нил и… не Уитмен. Вот этот так точно — Джек Скар…
В глазах принцессы зажегся огонек интереса.
— Джек Скар? Человек, которому известно, где находятся сокровища?
— Совершенно верно, чудо моих глаз… Совершенно верно…
Откровенное выражение радости появилось на лице Лей Пин Тзинг.
— Как прекрасно случай повернул все дела! — воскликнула она. — Мы думаем, как захватить Джека Скара, умыкнув его с борта «Тайпея», и туман лишает нас этой надежды, а тут Джек Скар появляется сам, притопав, можно сказать, собственными ножками?
Принцесса замолчала, лицо ее стало суровым, как и голос, когда она обратилась к Морану:
— Почему вы мне солгали?
Боб понял, что теперь хитрить бесполезно.
— Я уже говорил вам, мисс Лей, что мне известна ваша репутация. Поэтому я решил, что было бы благоразумнее не говорить вам о сокровищах, поскольку это явилось бы наживкой, брошенной в реку, кишащую рыбой…
Прямота такого рода явно импонировала китаянке, как и то, что он назвал ее мисс.
— Вы неплохо говорите, — промолвила она, — даже, я сказала бы, слишком хорошо, господин…
— Робер Моран… Боб для друзей.
На губах принцессы мелькнуло нечто вроде улыбки.
— Я не буду называть вас Боб, господин Моран, поскольку вполне возможно, что мы станем врагами… Я хотела бы сначала поговорить об этих сокровищах… Пока отдайте мне ваше оружие, а потом мы с вашими компаньонами пройдем в мою каюту: там спокойнее.
Моран заколебался. Может быть, броситься на принцессу и под угрозой оружия взять ее в заложницы, чтобы обезопасить себя от экипажа? Но если пираты скопом бросятся на него, сможет ли он выстрелить в пленницу? Наверняка нет. Он никогда не мог убить безоружного человека. А тем более женщину, даже если речь идет о женщине-пирате…
Он взял пистолет за ствол и протянул принцессе. Та взяла оружие и заткнула за пояс.
— Поздравляю с разумным решением, господин Моран. Однако, как я понимаю, вы умеете пользоваться пистолетом?
— И очень неплохо, — ответил Боб.
— Тогда почему же вы им не воспользовались против меня? Небольшое движение указательного пальца — и прощай, Лей Пин Тзинг…
— Конечно, можно было поступить и так, — ответил Моран. — Но что поделаешь, я из тех, кто ни за что на свете не мог бы убить женщину, даже ударив ее цветком розы…
Принцесса слегка поклонилась.
— Такая галантность делает вам честь, господин Моран, но возможно, что вскоре вы о ней пожалеете. Вы могли бы убить меня. Вы этого не сделали, так что я должна быть вам признательна. Однако есть одна вещь, о которой вы и не подозреваете. Скажу вам правду, Лей Пин Тзинг не знает признательности… А теперь прошу за мной в мою каюту, джентльмены.
Поскольку ничего другого не оставалось, Моран, Билл и Джек Скар, окруженные пиратами, двинулись за хозяйкой. Боб же мысленно спрашивал себя, не придется ли ему пожалеть, что не воспользовался оружием.
Каюта Лей Пин Тзинг была прекрасно меблирована, прямо-таки как номер-люкс в шикарной гостинице, чего никак нельзя было ожидать на борту зловещей «Легендарной Рыбки». Она была похожа на будуар элегантной парижанки, и только отдельные вещицы, вроде вазы эпохи Мингов или золоченой тибетской бронзы, напоминали, что хозяйка происходит из Азии.
Предложив гостям — а скорее пленникам, впрочем, как посмотреть — сесть на удобные сиденья, принцесса полулежа устроилась на софе, покрытой пышными шелками. Два пирата, чистокровные китайцы, замерли с автоматами по обе стороны двери внутри каюты.
Как и на палубе, Лей Пин Тзинг долго всматривалась в Боба Морана, Билла Баллантайна и Джека Скара, словно хотела прочесть что-то в их мозгу. Наконец она заговорила:
