Из рассказа золотой куколки выходило, что планетяне — это разумные («Действительно разумные, а не как вы» — примечание Лауры) существа, живущие рядом с людьми.
Они силой мысли умеют менять реальность. «Колдовать?» — переспросила Аня. «Создавать!» — поправила Лаура.
Планетяне могут навыдумывать что угодно — но только для других. Чтобы получить что-то для себя, нужно об этом попросить. А Лаура не хотела просить, не хотела ждать. И однажды попробовала создать для себя. Получилось! Это было здорово! Желай что хочешь, и никто тебе не нужен.
Но раз тебе никто не нужен, то и ты никому не нужна. У планетян всё логично, они же разумные, не то что люди.
И Лауру изгнали.
Планетяне могут быть невидимыми, могут выглядеть как пожелают, но только пока бодрствуют. А когда спят — превращаются в какое-нибудь маленькое существо, не больше котёнка. И вот тут Лаура поняла, что осталась без защиты старших. И даже средних.
Она попросилась обратно, и её приняли. Ведь изгоняют не для того, чтобы ты умер, а чтобы понял.
Много лет Лаура старалась, совершенствовала созидательные навыки и делала для других всё, о чём те мечтали.
Но потом не удержалась и снова начала создавать для себя. Ведь она такая ценная! Такая важная! Ей всё нужно было получать сразу, а не ждать, пока очередь подойдёт.
Второй раз Лауру изгонять не стали. Старшие подумали и решили её заточить. Средние создали темницу. По размерам она почти как эта комната, только в высоту чуть больше, а по ширине — уже.
Лаура продемонстрировала это наглядно: вот она бьётся о невидимую стену напротив входа в комнату. А вот — устремляется к полу, проходит сквозь метлахскую плитку, исчезает полностью, потом выныривает, как из воды, и взлетает к потолку.
Теперь она в безопасности и может создавать для себя что угодно. Но за пределы темницы ей не выбраться.
Лаура снова картинно побилась о невидимую стену.
— А пока Варина банда кирпичи ломала, ты под полом пряталась? — спросила Аня.
— Не, я сразу сюда. Просто я невидимая была.
— Подглядывала за мной?
— Да что там, подумаешь. Сколько я людей видела и здесь, и там, внизу. Но ваши соседи снизу, нехорошие тётки и дядьки, взяли и сделали ремонт. Прицепили подвесной потолок — он как раз съел всё моё пространство. Теперь мне на них и не поглядеть. Зато могу на потолке изнутри спать.
— Ты сказала, что могла спасти поэта и исполнить его желание, — вспомнила Аня. — Значит, и моё желание можешь исполнить? Или это только для спасения?
— Вот! — куколка перекувырнулась в воздухе. — Выходим на самое главное. Я могу для тебя исполнить. Всё что хочешь. Или клад показать. Если ты останешься довольна — то я свободна. Такое вот условие. Соглашайся на клад, говорю тебе. Клады все любят!
— Клады — это по Вариной части. Я лучше желание загадаю.
— Печально такое слышать, — сказала Лаура и приземлилась на Анину подушку. — Знаешь сколько раз эту комнату замуровывали? Угадаешь почему?
— Ты что-то ужасное делала?
— Я делала, как люди просили. А им не нравилось. А если не нравится — то сиди, Лаура, где сидела.
— Ну а те соседи снизу? Пока потолок не поставили? Ты же могла крикнуть погромче: «Эй, люди, я вам желание исполню, хотите?»
— Там, девочка моя, всю жизнь ванная была. Тёмная, закопчённая. Я как-то раз крикнула, а они решили, что я — летучая мышь! Да-да, бегали и голосили: «Летучая мышь! Летучая мышь! Через вентиляцию влезла!» Ну, я им показала летучую мышь. С клыками. Такими, окровавленными. И глаза ещё светились.
— Вау! — восхищённо сказала Аня.
— Вот ты понимаешь. А они невежественные. Я потом только невидимкой туда проникала.
Аня засмеялась, представив, как соседи из квартиры № 29 ловят летучую мышь с клыками.
— Только это не сейчас было, а лет шестьдесят назад. Или сто, — уточнила Лаура. — Насчёт клада, кстати, дело верное. Подумай. Схема такая: получаешь клад, отдаёшь сестре, избавляешься от сестры.
— Тогда это будет не моё желание, а Варино. А я хочу… — Аня задумалась над формулировкой и, вспомнив статьи, которые присылала ей Полина, уверенно продолжила: — Хочу стать лучшей версией себя! Успешной. И популярной. Например…
— Знаешь, сколько раз… — затянула Лаура, но Аня её перебила:
— Например — певицей. Мой портрет на обложке журнала! Письма от поклонников. Фотосессии. Я сама буду зарабатывать деньги и тратить их. И не зависеть от твоего клада. Клад ведь возьмёт и на самом интересном месте закончится. А знаменитости платят всегда. И ей всё можно. Начинай колдовать! Мне отвернуться? Или ты не стесняешься?
— Если ты не стесняешься такие идиотские желания загадывать, то мне стесняться нечего, — нагрубила Лаура. — Изменения вступят в силу с твоим пробуждением. Если бы Василий не мучился бессонницей, я бы и его спасла, и сама бы давно была свободна.
— Тогда я — спать! — сказала Аня и юркнула под одеяло. — Свет погасишь?
— Погашу. Одно уточнение. Твоя жизнь начнёт меняться с завтрашнего утра.
— Ну да. Я поняла уже.
— Я просто предупредила.
