Но остальные, Нед, ну это просто мое почтение. Черт меня дернул связаться с Ланнистерами – они только и знают, что со мной своим мнением делятся. Заходишь к ним со своим мнением, а выходишь с ихним – и главное, так задурят голову, что и сам забудешь, что думал и почему, только их хитровыдранные схемы в голове роятся. Потом Бейлиш этот, помнишь, которого ты на свадьбе с лестницы спустил, потому что он к жене твоей лез. Он, сука, слова не скажет прямо, все какие-то интриги плетет, даже отлить ходит со смыслом. Приехал бы ты, ахнул бы его об стенку разок, посмотрели б с тобой, что он там на самом деле думает.
В общем, что тут писать – приезжай, сам увидишь. И еще просьба – возьми к себе на время моего старшего, у тебя кстати и дочка подрастает. Я мало им занимался, вот и вырос он у меня наизнанку. Выправишь парня, породнимся с тобой наконец».
Эддард сложил письмо короля, спрятал его за пазуху, как в юности, и пошел готовить замок к приезду посланника. Уезжать он, конечно же, никуда не собирался – может, с глазу на глаз Роберт его бы и уговорил, но на бумаге слова были странными и забавными, и не было в них той тоски и печали, которые вылились бы из сердца короля, если бы Нед и Роб снова засиделись до утра в окружении пустых бутылок. «Царствуй, государь, в Королевской Гавани, - повторил Эддард себе под нос древнее северное присловье, - а мы, Старки, у себя на Севере».
Эддард не стал заставлять короля ждать и засел за ответ уже на следующий день после того, как спровадил послов. Разумеется, покидать родной замок и тащиться за тридевять земель за сомнительной властью он не собирался, хотя жена и пыталась сбить его с панталыку, уверяя, что отказ от власти король примет за свидетельство коварных замыслов. «Даже называла меня как-то этак, - попытался вспомнить Эддард, уважавший свою жену за культурность. – То ли суфражистом, то ли сепаратистом».
Эддард, конечно, ответил жене, что Роберт разгильдяй, но не дурак, и потому не подумает, что Эддарду пришла охота единственно на свой счет содержать Ночной дозор, в одиночку возиться с Железными Островами и контрабандистами из Браавоса, а также постоянно держать сотни людей на Перешейке.
Вот что действительно не давало Эддарду покоя, так это как начать послание. «Здравствуй, светлейший», - написал Эддард, и представил себе, как король фыркнет и за глаза обзовет его булочником. «Привет, Роберт», - написал Эддард, но это вышло совсем уж по-детски.
«Здорово, светлейший ты обалдуй, - начал наконец Эддард, вспомнив, как они с королем в молодости писали письма своим соперникам и как «Ответ повстанцев королю Эйрису» теперь передается в народе из уст в уста. – Месяц у нас такой же, как и у вас, а ребята мои несколько месяцев назад нашли на севере лютую волчицу. – Эддард представил себе, как Роберт хмыкнет, узнав, что на Севере есть еще север, и понял, что попал в нужную колею. – Лютая волчица сдохла сама (уж не буду врать, что уложил ее красивым ударом меча), но оставила ребятам лютых волчат. Волчата в натуре люты, как говорят урки у нас на Стене, - один твоему сэру Мерину чуть яйца не откусил. Север вообще извращенцев не любит.
Сына твоего с удовольствием приму – помнишь, как Аррен, упокой боги его душу, постоянно хотел отправить нас с тобой куда-нибудь на лето за все наши грехи? Учитывая нашу длину лета, это он толково тогда придумал. И сына Аррена с золовкой моей давай шли сюда, чем больше детей, тем веселее. Слышал, кстати, что ты после Аррена восточные земли хочешь Джейме Ланнистеру под управление отдать – ты подумай, как по мне, так ему и королевские покои доверить нельзя. А если ты скажешь, что тому королю туда была и дорога, то оно, пожалуй, и так, но ведь про Долину так потом не скажешь, что туда ей и дорога. Неудобно может получиться.
За приглашение спасибо, дети подрастут, может, соберусь. А если хочешь знать мое мнение, должность десницы какая-то идиотская, ты ж воевал, ты же знаешь, что в отряде может быть только один командир. Сколько у тебя там в Малом Совете – человек семь? Это даже вообще не отряд, а мелкая банда, - в этом месте Эддард представил, как король с удовольствием похохатывает. – Я прижму казнокрадов – они побегут тебе жаловаться на меня, ты прижмешь – они ко мне побегут. Так и будем с тобой бегать друг к другу, выяснять, кто где нам врет. Ты лучше приди к ним на заседание разок, построй их и потребуй бумаги – мигом деньги в казне появятся.
А как обрыднут они тебе совсем, брось их всех да приезжай ко мне – за Стеной мамонтов видали и белых медведей, совсем близко подходят. А Бенджен божится, что третьего месяца на какого-то неубиваемого медведя наткнулся – забить не забил, но отпинал изрядно».
========== Пришли гости, откуда не ждали ==========
Странный гость! Подозрительный гость!
Как мы можем тебе довериться?
(с) Есенин
