— Время есть… — пробормотала тем временем старуха, сонно моргая на свою руку, бессильно лежавшую на подушках. — Есть силы. Неупорядоченные. И есть знания, как использовать эти силы без умения. Спокойной ночи, Игорь.
— Спокойной ночи, Ангелика Феодоровна, — негромко отозвался домоправитель и удалился, закрыв за собой дверь в спальню хозяйки.
Постояв немного в тёмном коридоре — только снег за окном и полная луна освещали стены и часть пола, он нерешительно зашагал в апартаменты близнецов. Проверить надо, спят ли.
В комнату юноши он только заглянул и убедился, что тот спит без задних ног. В комнату девушки бесшумно вошёл и мягко присел в изголовье. Холодно-белый лунный свет отчётливо обрисовывал её утомлённое тонкое лицо. Он невольно загляделся на него, а потом будто спохватился и, едва улыбаясь своим мыслям, со вздохом поднялся, чтобы покинуть спальню Алики.
…Когда дверь закрылась, плотно войдя в пазы косяка, Алька открыла глаза и приподнялась на локте. Открыла рот, чтобы дыхание не мешало вслушиваться в тишину старинного дома. Затем выпростала из-под одеяла руку и пальцем провела в воздухе, перед лицом, круг, шепнула словечко.
Секунды спустя дверь вновь открылась и в комнату вошёл брат. В его руках, как и ожидала девушка, оказался громадный тюк из постельного белья. Алик уложил принесённую постель на пол, возле кровати сестры, и укрылся одеялом.
Через какое-то время в комнате спали оба.
Когда Алька проснулась, постели брата перед кроватью уже не было. Впрочем, Алик всегда был любителем вставать раньше.
Пожмурившись немного, чтобы точно проснуться, она ойкнула: первый же взгляд показал, что в комнате солнечно! Чего же тогда она разлёживается? Солнце — это, как минимум, девятый час! Если не позже.
Приподняла встрёпанную голову — пришлось дунуть на прядку, свалившуюся сбоку и защекотавшую нос.
— Проснулась? — донеслось сбоку. — Доброе утро.
Брат, сунув руки в карманы, смотрел в окно.
— Доброе… — проворчала Алька, откидывая одеяло и хватая вещи со стула, перед сном поставленного ближе к кровати. Деликатность брата знала и не боялась, что он оглянется в неподходящий момент. — Что там?
— Не разберу. То ли сад, то ли парк. Интересно, у них тут лыжи есть? Я бы не отказался погонять среди деревьев.
Одевшись, умывшись и по-своему заправив постель, Алька подошла к брату.
— Ух, ты… С лыжами не уверена… Но, если там будут тропинки, погулять по ним и я бы не отказалась.
Они молча смотрели в окно, околдованные белым покровом, сиявшими на нём отдельными искорками, мягкими холмиками снега, бледно-голубыми тенями… Чуть очнувшись от гипнотического созерцания, Алька внезапно вспомнила вчерашние смотрины и плаксиво скривила губы: она брошенная невеста!.. Но, как ни старалась растравить в себе обиду, вспоминая испытанное унижение, слёзы решительно не желали появляться на глазах. Даже удивилась. Ведь такой облом! И тут ещё и изумлённо подняла брови. Облом? Вчера-то она считала, что происшествие в доме Семёновых родителей — это глубокая рана, удар по судьбе! Что всё рухнуло — и жизнь больше никогда не засияет яркими красками! А сейчас…
Значит ли её нынешнее настроение («Да плевать на всё!»), что Семён был… страшно даже сказать — не очень любим ею? А если подумать? Может, между Алькой и им вообще не было любви? Алик же предупредил, кто она в глазах Семёна! Или ещё вариант: не поступок ли Семёна заставил её разлюбить его? Ну… вроде как похоже.
А она-то думала, что будет переживать его предательство долго и упорно…
И неохотно улыбнулась: что её вчерашнее горе перед этой белой роскошью, к которой так и хочется подбежать побыстрее!
— Мы прогульщики, — высказалась она. — Целых два дня… Надо же.
— Ну, вчера мы вроде как договорились, что… Или не договорились?
Брат пытливо заглянул в её глаза.
— Неправильно выражаешься, — суховато сказал Алька, не отрывая взгляда от белого сада и играя с шальной мыслью: попробовать открыть окно и прыгнуть в сугроб под ним?
— А как надо?
— Ты сказал — договорились. А надо — не успели поговорить.
— А… Ты про это…
Негромкий стук в дверь прервал гипнотическое разглядывание сада.
Выждав немного, на пороге появился вчерашний Игорь.
— Доброе утро! — улыбнулся он. — Ангелика Феодоровна в эти часы обычно пьёт кофе, а все остальные часом позже завтракают. Вас устроит кофе перед завтраком? К тому же Ангелика Феодоровна собирается объяснить вам, чего ради она привезла вас сюда.
Близнецы быстро переглянулись.
«Ради чего»? Он сказал: «Ради чего…» То есть их сюда привезли не потому, что старая родственница обрадовалась найденным молодым родственникам?
— А вы сами кто? — вырвалось у Альки.
— Домоправитель, — спокойно отозвался Игорь. — Несколько лет назад Ангелика Феодоровна была так любезна, что пригласила меня занять эту должность в своём поместье. Ну что? Идём пить кофе? — вновь улыбнулся он.
— Идём, — решительно сказал Алик.
Едва домоправитель повернулся к ним спиной, близнецы непроизвольно шагнули ближе друг к другу. Привычка держаться ближе, когда их ждёт неизвестность.