— А ты… Ты просто захотел, чтобы она не злилась, — медленно, натягивая плащ, который ей подал за спиной Алик, проговорила Валерия. — И она перестала злиться.
— Она не маг, — напомнил он. — И она могла посчитать, что я на неё могу воздействовать. Поэтому перестала выказывать свою злость и сбеж… удалилась.
Последнее слово он произнёс, смеясь и не обращая внимания на пристальный взгляд Белоснежки, стоявшей перед зеркалом и смотревшей на его отражение. Впрочем, быстро оглядевшись, Алик быстро обнял её за талию, слегка примяв плащ, а потом уткнулся подбородком в её плечо так, чтобы они вместе смотрели в зеркало. И касались друг друга щекой.
— Что? — спросила Белоснежка, глядя на их обоих отражение.
— Мы неплохо выглядим в паре, — улыбаясь, сказал Алик. — Ты такая красивая и светлая, и я — такой скромный и тёмный.
— Скромный… — скептически пробормотала она. О собственной характеристике из его уст «светлая» промолчала, как будто и не слышала её. Но не удержалась и засмеялась, а потом со вздохом кивнула: — Нас ждут. Идём, что ли?
Он, с очевидным разочарованием убрав руки с её талии, выпрямился и кивнул в ответ.
— Идём.
Спускаясь по широким лестницам рядом с ней, он заметил, что Белоснежка поглядывает на него с еле уловимой тревогой, и велел себе запомнить выражение этих глаз, чтобы спросить потом у неё, почему изменился её обычный бесстрастный взгляд… он затруднялся определить, как именно она на него смотрела на него ранее. Казалось — дружески. «Если не влюблённо!» — скромно добавил он, посмеиваясь над собой. Но сейчас взгляд Белоснежки сменился на… ну, скажем, близкий к тому, что называется взволнованным. Или… насторожённым?
Вошли в гостиную второго этажа, и Алик наткнулся на такой же встревоженный взгляд Игоря, который помогал Альке надевать рюкзак. Алик вопросительно поднял брови, но домоправитель вздохнул и отвернулся, продолжая распрямлять на Алькиных плечах лямки рюкзака. «Что это они все таинственные такие?»
Но про таинственность пришлось забыть на первом этаже. Пока помощники Игоря с беспокойством вслушивались в вой и шуршание бурана за стенами прихожей, он достал из раздевалки старые вещи, которые и предложил им.
— Всё хранилось очень тщательно, так что не бойтесь надевать эти шарфы и палантины. Лучше закутаться хорошенько, чем потом простудиться.
Через пять минут в прихожей стоял здоровый хохот всех четверых: закутавшись в предложенные им вещи, как просил Игорь, будущие путешественники превратились в толстеньких тряпичных кукол из прошлого. Чуть не матрёшки.
— А мы сможем идти-то в таком виде? — нахохотавшись, спросила Алька у Игоря.
— Посмотрим на практике, — откликнулся тот, с улыбкой глядя на неё.
— Знаете, чего не хватает? — спросил отсмеявшийся Алик. — Очков для подводного плавания!
— Ну нет, — сразу открестилась от его предложения Алька. — Ты хоть немного думаешь своей головой? Представь, что будет, как только выйдешь из дома! Все стёкла залепит! Снег-то влажный!
Все снова с удовольствием засмеялись — видимо, представили себе это зрелище.
Но весёлые слова и шутки, которыми обменивались участники будущего сурового похода, вылетели из их голов с той секунды, как только начали открывать входную дверь в дом. Алик, вместе с Игорем, наваливался на эту дверь, но тугая сила снаружи давила на неё, не позволяя полностью открыть. А когда в мгновенных паузах бурана удавалось её всё же приоткрыть, в прихожую влетал яростный снежный вихрь.
Наконец, получилось толкнуть дверь вперёд в те бегучие секунды, когда ветер ринулся в другую сторону. На этот раз дверь будто выбили из их рук и распахнули так, что она ударилась о стену. Алик услышал, как Игорь снова прокричал, напоминая:
— Выходим с левой стороны! Там перила! Внизу, на конце перил, верёвка! Девушки, выходите, пока мы держим дверь!
С непроизвольным визгом обе медленно, противостоя напору метельных вихрей, выбрались из дома. Снег сразу спрятал их в своих взвихрениях, пока Алик и Игорь пытались теперь уже закрыть входную дверь. В буйстве снежной стихии друг друга почти не видели. Оставалось надеяться только на те же перила, да и то — умудрились так жёстко наткнуться на Альку (кажется), что чуть не скинули её со ступенек лестницы.
Ослепшие, доверяя только верёвке в своих руках, четверо кое-как доплелись до крыльца второго корпуса. Уже счастье, что ни разу не свалились по дороге.
Потом сидели на первом этаже, на скамейках с кожаной обивкой, которые нашлись только в этом корпусе. Отдыхали и вытирались от мокрети на лицах, сушили глаза от слёз и снега. Алька вообще сумела сбегать на второй этаж и найти там, в кухне, чайник с остатками кипятка. Сразу поставила его на плиту, и через минуты путешественники пили горячий чай с найденными в буфете зачерствевшими пряниками.