Но не заперта. Войдя в комнату, Хильда обнаружила, что кровать пуста. Тони нигде не было. Как ни велика была тревога мисс Адамс, но даже она не могла представить реальных размеров несчастья. В сопровождении Агги она подошла к двери Нины и громко постучала. Та долго не открывала, а когда дверь отворилась, Хильда довольно резко спросила миссис Роуланд: у нее ли Тони?
— Тони? Ее нет у меня, а что-нибудь случилось? Где она?
Не теряя времени на ответы Хильда бросилась к лестнице и быстро спустилась на первый этаж. Дежурный полицейский крепко спал на диване в библиотеке. Сигарета выпала из его руки и уже прожгла дыру в ковре.
Тони как сквозь землю провалилась. Свет в кухне был погашен, но дверь, ведущая из кухни во двор, открыта настежь. Выбежав, Хильда увидела, что гараж, расположенный в дальнем его углу, заперт, а подойдя поближе, удостоверилась, что машина стоит на своем месте. Значит, Тони, возможно, лишь ушла из дому, а не…
Мисс Адамс больше всего боялась, что девушка решится на самоубийство, столкнувшись с неразрешимой, по ее мнению, проблемой. Правда, такую возможность все еще нельзя было отрицать. Она могла пойти к реке, да и сколько существует еще способов свести счеты с жизнью. Но для того чтобы выйти из дома, она должна была одеться. Было ли для этого у нее достаточно времени? Сколько просидела Хильда взаперти?
Она не слышала звонка в дверь и, лишь вбежав в дом, увидела, как Агги впустила инспектора Фуллера.
— Черт побери, почему ты не берешь телефонную трубку? — спросил он раздраженно.
Хильда посмотрела на него отсутствующим взглядом.
— Тони пропала.
— Пропала? Куда она делась?
— Откуда я знаю? Меня заперли в моей комнате, а патрульный на улице, наверное, пошел за сигаретами в табачную лавку. Она совершенно свободно могла выйти на улицу.
Они вместе поднялись на второй этаж. Нина была уже одета и стояла на пороге своей комнаты. Несмотря на сильное успокоительное, которое она регулярно принимала, было ясно, что миссис Роуланд очень встревожена.
— Куда же она могла пойти? — все время повторяла она. — Ведь девочка была не одета. — Схватив Фуллера за руку, Нина просительно сказала: — Вы должны найти ее, прежде чем будет слишком поздно. Прежде чем она сделает что-нибудь ужасное.
Оставив инспектора с Ниной, Хильда вместе с Агги пошла в комнату Тони.
— Агги, вы знаете все вещи Тони. Посмотрите, все ли они на месте.
Все вещи Тони были в комнате. Недоставало лишь одеяла с кровати и домашних туфель. Хильда рассказала об этом Фуллеру, который вместе с Ниной вошел в комнату Тони. Инспектор, казалось, не слышал, что ему говорила мисс Адамс, а явно рассерженный переводил взгляд с Нины на Агги.
— Полицейский, дежуривший внизу, был усыплен, — сказал он голосом, полным ярости. — Что вы можете сказать по этому поводу? Миссис Роуланд, это вы усыпили представителя полиции, чтобы дать вашей дочери возможность бежать?
Нина с изумлением посмотрела на инспектора.
— Я! Зачем мне было нужно делать такое?
— Но кто-то сделал. Кто-то в этом доме, и этот кто-то увез вашу дочь. Что вы об этом знаете?
— Абсолютно ничего. И даже если бы знала, то ничего вам не сказала. Во всяком случае теперь вы не можете ее арестовать!
— У нас и в мыслях не было ее арестовывать. Мы взяли Герберта Джонсона, миссис Роуланд. Это имя вам о чем-нибудь говорит?
Нина побледнела еще больше, и как она ни старалась скрыть свои чувства, было ясно видно, что она поражена.
— Герберт? А что общего между Гербертом и тем, что здесь происходит?
Инспектору ничего не оставалось как поверить, что Нина никоим образом не связывает происходящее в доме с Джонсоном. Он отослал ее обратно в комнату, тем более что возникла необходимость помочь Хильде, окончательно потерявшей самообладание. Она вышла из комнаты Тони, неся в руках пустой пузырек.
— Снотворные таблетки. Я боюсь, что она их приняла все сразу.
Фуллер весь напрягся.
— Как ты думаешь, когда она их приняла?
— Думаю, не более полутора часов назад. Она была в порядке, когда я от нее уходила. Потом, готовясь ко сну, обнаружила, что заперта.
— Сколько таблеток было в пузырьке?
— Вполне достаточно. Если мы быстро, не найдем ее, то будет уже поздно.
Занятые разговором, они не обратили внимания на Агги, стоявшую рядом, и только падение тяжелого тела заставило их оглянуться на служанку, которая лежала на полу без сознания.
Вскоре Агги пришла в себя и медленно пошла в свою комнату. Там, непрерывно плача, она собрала свои нехитрые пожитки и через черный ход покинула дом, в котором провела столько лет. Никто не заметил ее ухода, даже Фуллер, осматривавший в это время во дворе гараж, где по-прежнему мирно стояла машина Роуландов.
